Север

Настоящее

Кингсли обернулся и очутился лицом к лицу с улыбающимся призраком из прошлого.

– Mon Dieu, - выдохнул он, в мгновение ока узнавая стоящего перед ним человека.

– “И это обещание, которое Он дал нам, есть жизнь вечная.” 1-е от Иоанна 2:25.

Кингсли вытаращил глаза в немом изумлении. Черная ряса, белый воротник и тридцать лет не сделали это лицо неузнаваемым.

– Кристиан?

– Теперь Отец Кристиан Эллиот. Помнишь? Или ты не читаешь рассылку наших выпускников?

Кристиан и Кингсли обнялись как братья. Кристиан был первым из мальчиков в школе Святого Игнатия, который подружился с ним и единственный, кто попробовал найти его после того, как Кингсли покинул школу.

– Боюсь, я пренебрег возможностью передать мой новый адрес комитету выпускников.

Кингсли потрепал Кристиана по щеке.

– Приятно видеть тебя снова. Выглядишь ужасно.

Его старый друг от души рассмеялся и повернулся вокруг своей оси.

– Что? Тебе не нравится?

Кингсли покачал головой с отвращением.

– Да ты примкнул к Божьей армии. Как ты мог? Я принимаю это как личное оскорбление.

– Отцы в школе Святого Игнатия ставят своей целью превратить одного студента из каждого класса в иезуита. Радуйся, что это был я, а не ты.

– Им бы не удалось взять меня живым, mon fr`ere* (брат/монах).

Какое-то время они смотрели друг на друга, затем снова рассмеялись. Годы между ними, и такие разные пути, что они выбрали, исчезли в одно мгновение.

– Не могу поверить, что смотрю на Кингсли Буассонё. Честно говоря, я думал, что увижу тебя снова только на небесах.

– Там меня точно не будет.

Кингсли сверкнул своей дьявольской улыбкой.

– А ты ни капли не изменился. В отличие от меня. Это не справедливо. Я постарел на тридцать лет за тридцать лет. Почему ты нет?

– Я француз.

– Конечно. Я уже и забыл. Я видел Стернса... отца Стернса несколько лет назад. Он сохранился даже лучше, чем ты.

Кристиан благодушно улыбнулся. Кинг понимал, что тот пытался подцепить его, упоминая о Сорене. Священники никогда не прекращали свои игры разума. Не то, чтобы он возражал. Это было одним из их лучших качеств.

– Думаю, он продал душу дьяволу за такое лицо, как у него. Ты можешь увидеть его сегодня, если тебе угодно. Он здесь со мной.

Глаза Кристиана округлились.

– В самом деле? Вы двое по-прежнему…

– Семья. Моя сестра умерла, да. Но мы с ним по-прежнему близки. Были трудные времена... в течение нескольких лет.

Они двинулись в сторону Эрмитажа.

– Ты уехал сразу после того, как... все произошло. Куда ты отправился?

– Во Францию, - просто сказал Кингсли, и стал ждать. Кристиан больше ничего не сказал. Со вздохом, Кингсли продолжил.
– Я вступил во Французский Иностранный Легион. Определенно не Божья армия.

– Я слышал о Легионе. Меня абсолютно не удивляет, что ты оказался именно там. Интересную униформу вы, легионеры, носите.

Он одарил Кинга беглым оценивающим взглядом.

– Видел бы ты меня, когда я не пытаюсь слиться с толпой.

Для поездки в школу Святого Игнатия, Кингсли отказался от своей обычной одежды: сапог для верховой езды и костюма Викторианской или Регентской эпохи черного или серого цвета. Он оставил вышитые шелковые жилеты, милитари жакеты и свои шейные платки в шкафу. Сегодня он надел простой костюм от Армани - черный и однобортный. Один из его сотрудников сказал ему, что он выглядел бледно и не опасно в таком виде — как раз то, что нужно.

– Я оставил Легион много лет назад ради Манхэттена.

– До меня дошли слухи, что ты стал бизнесменом. Стоит ли мне спрашивать, какого рода этот бизнес?

Кингсли хлопнул Кристиана по плечу.

– Non.

Смеясь, Кристиан открыл дверь Эрмитажа. Кингсли остановился на пороге, вдруг не желая входить внутрь. Так много воспоминаний... все из них яркие, но не все из них хорошие.

– Ты можешь зайти. На самом деле здесь нет призраков. Отец Генри говорил так, только чтобы отпугнуть младших мальчиков. Опасная местность… ох, Кинг. Прости меня.

Кингсли шагул в Эрмитаж, не желая, чтобы прошлое возымело над ним еще больше власти, чем уже есть.

– Кристиан, прошло тридцать лет. Я могу вынести упоминание о ней и ее смерти. Поверь мне. Согласись, мы вряд ли бы остались друзьями с этим блондинистым монстром?

– Не могу поверить, что вы двое были друзьями даже тогда.

Кристиан махнул рукой на стул, и Кингсли уселся на него с благодарностью. Он скучал по своим сапогам для верховой езды, по их эластичной коже и поддержке. Эти туфли... ему нужно будет дать задание одному из своих помощников сжечь их в ту же минуту, как только он вернется в таунхаус.