Он же вообще был, видимо, из тех мужей, которые вызывают у жен раздражение одним своим присутствием – бывают такие неудачные пары. Чувствовалось, что был он и простоват, и грубоват для своей супруги, долго, видать, её выхаживал, завлекал автомашиной (в то время машина была - ого-го!) и, в конце концов «срубил дерево не по себе». Скажу сразу, что особого сочувствия - хотя бы из простой мужской солидарности, как к пострадавшему на «мужском фронте» - он у меня не вызвал.

«А когда это бывало, - спросите вы, - чтоб любовник сочувствовал обманутому мужу? Сроду такого не было!..» Нет, друзья, вы не правы: бывает и такое, когда донжуаны не шпагами мужей протыкают, а протягивают им руку искренней дружбы, а жён, наоборот, начинают презирать. Да мало ли бывает случаев в области любовных отношений!.. Как-нибудь я вам расскажу, если захотите.

Но это потом, позже… А сейчас - воистину!
– явился этот мужик, что называется, «не вовремя», как чёрт из бутылки. Тут я вполне мог бы поддержать мою подругу, имей я «право голоса» в данной ситуации. Но в этот момент я представлял собой настоящую статую, эдакого подводного атланта: недвижного, немого, почти бездыханного и тоже голого, только без фигового листка. Мужик же, само собой разумеется, совершенно не понимал, в чём он провинился перед супругой, и пребывал в пьяном благодушии.

– Да кто дёргает, Людок!.. Просто Юрка говорит: «Зови Люду, а то пиво закончится». Ну, я зову, а ты молчишь… Подхожу, слышу - стонешь, распарилась… Хватит уж, пойдём лучше пивка холодненького…

Тут нужно заметить, что в то время рыбы - красной, копчёной, деликатесной - было на Камчатке сколько угодно, а вот пиво считалось большим дефицитом и доставалось оно с боем. Пивных «пунктов» было раз, два - и обчёлся, и т`олпы там собирались - нечеловеческие!.. С огромными канистрами озверевшие могучие мужики (пиво доставалось только сильному!) с «группами поддержки» шли на приступ пивного ларька под бессильный рёв возмущённой толпы, понимавшей, что ей-то пива, скорее всего не достанется! Сотни литров пива закупались «в наглую», без очереди. Это надо было видеть! Почти всегда дежурила милиция, но… положения дел это обычно не меняло. Сами понимаете, что и относились к этому напитку трепетно. Но Люда «почему-то» отреагировала по-другому.

– Оставь меня со своим пивом!.. Сейчас выйду… А пиво я не буду, пейте без меня. Хотя ты уже тёпленький, я вижу… Как машину-то поведёшь?

– Да ладно, «тёпленький»!..
– обиделся муж.
– Нормальный!..

И неожиданно опять вспомнил:

– Слушай, а чего ты так стонала-то? …Ну, блин, стонет и стонет - как будто её е…!
– выразился он в сердцах в третьем лице, демонстрируя свою обиду. Ему и в лоб не могло влететь, что так оно и было.

Тут она просто взвилась:- Идиот!! Придурок!! И язык же повернулся!..

– Тихо, тихо, Люд!
– испугался он.
– Я ж пошутил!.. Чего ты!..

– Вот гад!.. Скотина!..

– Ну, чего ты - шуток не понимаешь? А, Люд?..
– всё пытался он смягчить гнев супруги и неожиданно придумал:

– А давай знаешь чего?.. Давай, пока они там пьют - я к тебе в бассейн залезу?..
– решил он её обрадовать.
– И успоко-ою!..
– и он, видимо (я-то этого видеть не мог), начал снимать куртку, потому что она закричала:

 Я тебе залезу, дурак пьяный!.. Я тебе залезу!!..

И действительно, если бы он «залез», то обнаружил бы, что супруга его купается совершенно голой: к тому моменту все купальные принадлежности с нас были сняты и во избежание потери все вместе висели на моём плече. Впрочем, обнажение можно было объяснить каким-нибудь минутным капризом - было бы гораздо хуже, если бы он наткнулся в бассейне на постороннего, и тоже голого.

Взяв себя в руки, она закончила уже сдержанно:

– Миша, я тебя прошу - уйди отсюда. Ты же видишь, что меня нервируешь. Потом поговорим…

– Поду-умаешь, какая нервная!..
– обиженно ответил тот.
– Слова ей не скажи!.. Ну и сиди тут!
– и я услышал недовольно удаляющиеся шаги.
– Не больно-то и хотелось!..

Через какое-то время вдалеке хлопнула дверца машины, и всё стихло.

– Витя!
– позвала она. Я замер и не откликался: нервное напряжение было слишком велико, наступала разрядка, и меня так и подмывало «отколоть» что-нибудь эдакое.

– Витя, ты где?
– крикнула она громче. Ответом ей была мёртвая тишина.

– О, боже мой!.. Боже мой!
– запричитала она дрожащим голосом, решив, наверное, что любовник её оказался столь слабонервным, что не смог выдержать «явления мужа» в самый ответственный момент и утонул от страха. Двигаясь вдоль бассейна и ощупывая ногами дно - видимо, разыскивая тело, - она тихонько поскуливала и звала: «Ну, где ты?!.. Витя!..». Я не смог её больше мучить: поднырнул к ней, поймал выше колена и с шумом, по дельфиньи вынырнул, делая гигантский вдох. Она ахнула, но я уже прижимал к себе её обнажённое тело - не смотря на горячую воду, её всю трясло.