— Нет, дорогая Эстер. Не думаю, чтобы это было так. Вряд ли сам Каллош рассчитывал на награду. Для нас совершенно ясно, что поступок Красная отнюдь не подтверждает предположение Каллош. А о влиянии условий, это вы правы. И нам надо совместными силами бороться за то, чтобы справедливость восторжествовала.

— Это пустая борьба, товарищ Челеи.

— Почему вы считаете ее напрасной?

— Если бы, допустим, Краснай вернулся, то вы, хорошо зная его дело и те обстоятельства, по которым он пошел на преступление, выступили бы на его защиту? Или боролись бы за то, чтобы парня не наказали?

Челеи молчал.

— Почему же не отвечаете?

— Эстер, — сказал тихо подполковник. — Я обещал вам сделать все, чтобы спасти Красная.

— Самое удивительное в этом деле то, — посмотрела на него девушка, — что я помогаю вам. Но я знаю Красная, честного человека, оказавшегося в тяжелом положении только вследствие определенных обстоятельств. Я знаю, что Иштван совершил преступление, и все же я не могу его осудить. Возможно, на его месте я действовала бы так же… И в то же время я понимаю, что помочь вам — моя обязанность.

Слушая девушку, Челеи все время думал о последнем донесение. «Бедная Эстер! Что бы она сказала, если бы узнала, что Краснай еще глубже запутался в сети. Теперь действительно необходима ее помощь».

— Чуть не забыла вам сказать. Перед обедом я встретила интересного человека, — услышал он голос девушки.

Челеи внимательно посмотрел на нее.

— Это доктор Сегеде. Десять лет прожил на Дальнем Востоке. Он из бедной семьи и в условиях старого строя вынужден был уехать на чужбину…

— Скажите, какой он из себя? — перебил ее Челеи.

Эстер точно описала внешность врача.

— Он был в очках?

— Нет, без очков… Разговаривая с ним, я думала о том, что раньше люди были вынуждены покидать страну из-за тяжелых условий жизни, а теперь такого способного парня, как Краснай, выгоняют на чужбину негодяи типа Каллоша. Из-за них честные люди иногда становятся недругами нашего строя. И против Каллош мы не ведем никакой борьбы.

— Вы ошибаетесь. Если вас это удовлетворит, могу сообщить, что Каллоша отстранили от работы и по его делу ведется следствие. Причем не только по служебной линии, но и по партийной. Оказалось, что за ним немало грязных дельцев.

Девушка повеселела.

— Наконец, — сказала тихо.

— Скоро все выяснится, — продолжал Челеи. — А теперь подробно расскажите, о чем вы говорили с Сегеде, каково ваше мнение о нем, потому что у меня будет к вам одна просьба.

Девушка начала рассказывать.

В пять часов Коцка зашел в кабинет подполковника. Лицо его сияло.

— Прилетела первая ласточка, — засмеялся старший лейтенант. — Доктор Сегеде побывал сегодня в вилле. Рожи он наврал всякой всячины, что лечил служанку Голуба, Юлиску… Короче говоря, провел рекогносцировку. Теперь уже ясно, что под станцией Веллингтон скрывается Сегеде.

— А если кто-то другой? — клыбаясь спросил Челеи.

— Не может быть другой, — сказал Коцка. — Станция находится в районе улицы Керт. В том, что Сегеде агент, нет сомнений. Вспомни донесения, разговор Шоша и Сегеде, мнимое завещание Вильдмана и условия получения наследства.

— Я тоже думаю, что Сегеде — агент, — сказал Челеи. — Десять лет он жил на Дальнем Востоке, и, очевидно, там познакомился с Вильдманом.

— Откуда ты это знаешь?

— Эстер говорила. Он приглашал к себе девушку, многое ей рассказывал.

— Складывается интересная ситуация. Сегеде — английский шпион. Фредди — американский. Оба стремятся получить открытия Голуба. Может случиться, что они уничтожат друг друга. Интересно знать, кто убил Еву — Сегеде или Фредди? Потому что нет сомнения, что это был один из них. — Да это возможно. Вспомни передачу станции Йорк, — сказал подполковник. — В ней говорится, что открытие пытается заполучить другая великая держава. Возможно, Сегеде отстранил от дороги девушку именно потому, что она работала на американцев. Это предположение подтверждается еще и тем, что Еву отравили, и что Сегеде уже побывал в Голуба. Правда, особых результатов это посещение не дало. Разве только то, что через несколько дней, в случае необходимости, Эстер посетит его… Утром прибудет Б-19. Тогда картина прояснится. Потому что у англичан есть свой человек в венском центре американцев. Возможно, это капитан Клерк. Тот любит деньги…

— Да… — неуверенно сказал Коцка. Видно было, что его мысли заняты другим. Челеи обратил внимание на его сомнения.

— Что такое? Что с тобой?

— Мне кажется, что я получу выговор, — ответил решительно Коцка.

Подполковник удивленно посмотрел на него.

— Я все же обследовал квартиру…

— Какую?

— Того итальянца!

— Ты с ума сошел?

— Но не как официальное лицо, — хитро прищурился Коцка, — а как частный человек… под видом венгерского гражданина Кароля Барди…