Шрифт:
От радости он даже несколько раз подпрыгнул, но тут же застыл на месте.
— Погоди, — размышлял он себе под нос, — раз она мертва, так, может, всего и не заплатят? Сколько может стоить мертвая принцесса? Процентов девяносто, а то и семьдесят? — Он вынул из кармана коммуникатор. — Зачем беспокоиться заранее, — набрал он номер с листовки. — Сейчас проверим… Алло? — он приложил аппарат к уху и тут же убрал его, удивленно глянув на экран.
— Что же это происходит? Никакого сигнала…
Разозленный неудачей, он уселся на стуле.
— Скучно, блин, — вздохнул он. — И поесть бы не помешало…
Его взгляд упал на картонную коробку, все еще стоявшую на столе. «Повар» поднял крышку и увидел жирную лягушку.
— Французский деликатес, — проурчал он. — В самый раз для меня.
Под стулом валялась вилка. «Повар» вытер ее о брюки и наколол лягушку.
— Спасите! — раздался тихий писк.
Шпион осмотрелся. Труп принцессы не шевелился. Подвал был пуст.
— Кто это говорит? — поинтересовался «повар».
— Я. Я у тебя на вилке. Я агент КГБ…
— И чего только не придумает лягушка, чтобы ее только не слопали, удивленно сказал сам себе шпион, после чего приступил к процессу вкушения.
У него осталась только одна ножка, как вдруг стальная дверь заскрежетала и начала открываться. «Повар» бросил деликатес и, упав под стенку, притворился лежащим без сознания. Осторожность не была излишней, потому что в подвал вошли Якуб, полковник и генерал. Быстрые глазки деревенского экзорциста [4] осмотрели помещение.
4
Такой тип, который изгоняет дьявола. Кино, небось, смотрели, с музыкой Майкла Олдфилда. А насчет изгнания дьявола… Судя по кое-каким упоминаниям в журналах «Нова фантастыка» и «Сайнс Фикшн», Якубович и Ленина воскрешал, и с ведьмином самогонку жрал, и с пришельцами воевал. Я же уже упоминал — два сборника рассказов вышло. (Примечание переводчика).
— Так в чем проблема? — спросил он.
— Видишь ли, Яков, — конспиративно склонился к нему генерал, — мы здесь испытываем уникальную систему трансформации оживленной разумной материи.
Взгляд Вендровича остановился на мертвой принцессе.
— Это означает, что вы кого-то превратили в лягушку, а вот расколдовать не можете, — перевел он слова генерала на более понятный язык.
— Откуда знаешь? — удивился полковник.
— Не вы первые, — экзорцист небрежно махнул рукой и улыбнулся собственным воспоминаниям.
— У нас тут проблема с принцессой, — указал генерал на девушку. — Как видишь, совершенно разрядилась…
— Слишком интенсивно ее эксплуатировали, — буркнул Якуб. — И что теперь прикажете с ней делать…
— А вы можете, товарищ экзорцист, сделать из нее зомби?
— Вообще-то можно, — размышлял вслух Вендрович. — Но тогда и расколдованные ею люди тоже станут зомби. А по сути, — заглянул он в коробку, — даже одна только нога зомби.
Озабоченные военные даже не обратили на это внимания.
— Черт… — ругнулся генерал. — Какого мы тогда тащились сюда?
— Гм… агенты-зомби… — сказал полковник в пустоту. — Их будет трудно убить…
— Зато со временем они начнут распадаться, — объяснил Якуб. — Опять же, падалью будет нести за километр… И эти выпученные рыбьи глаза, оскаленные зубы, провалившиеся носы, растопыренные пальцы… Насколько я понимаю, шпионы не слишком должны отличаться от окружающей толпы…
— Ну ладно, — принял решение генерал. — Пристрелим его тут и дадим заказ на новую принцессу.
— Погодите, погодите, — разволновался Вендрович. — Мы ведь так…
— Ничего личного, — объяснил ему Калманавардзе. — Просто, таковы предписания, касающиеся сохранения государственной тайны.
Якуб скривил губы в презрительной усмешке.
— У вас ужасно негуманные методы сохранения государственной тайны.
Оба военных удивленно поглядели на него.
— А какие бывают гуманные? — поинтересовался полковник.
— А вот! — Экзорцист вытащил из кармана фляжку с самогоном. — Как ужремся, так сразу же и позабудем про всяческие государственные тайны, пояснил он.
Тихобздеев пожал печами.
— Может оно и гуманно, — сказал генерал, — но наши способы поэффективней будут.
И он поднял руку с пистолетом.
— Якуб, воспользуйся Силой! — заорал по-польски лежащий под стеной «повар».
И Якуб применил Силу. Что-то бабахнуло, блеснуло, и свет везде погас. В темноте раздался выстрел, за ним другой. Вендрович вынул из кармана обкусанную свечку и зажигалку, щелкнул ею… Оба храбрых агента, как из КГБ, так и из ГРУ, лежали мертвые. «Повар» заряжал пистолет.