— Если каждый раз действие будет длиться четыре дня, — я обратил его внимание.

Аполлон мельком взглянул на кувшин.

— Ладно, нам придется выяснить это.

Я спустился по лестнице, настолько отстранённо, насколько мог. Знание того, в чём я собирался принять участие, омрачало мою душу. Нечто подобное может показаться драматичным, и раньше я действительно не думал, что такое было вполне возможно, но теперь я осознал это.

— Это к лучшему, — сказал Аполлон.

Пристально смотря на него, я проскользнул мимо и остановился перед клеткой. Алекс сидела на матрасе, спиной к стене, колени близко прижаты к груди. Она уставилась мимо меня, как я понимал, смотря туда где Аполлон ожидал в тени. По какой-то причине, Алекс реагировала как безумная гидра, когда Аполлон появлялся рядом с ней.

— Ты, наконец-то, опомнился и решил позволить мне уйти? — Ухмылка скривила её когда-то красивые губы. Теперь они были потрескавшиеся из-за недостатка воды. Нетронутая бутылка воды стояла у стены.

Я отомкнул дверь.

— Ты знаешь ответ на этот вопрос.

Алекс поднялась на ноги, качнувшись, когда шагнула с матраса. Её лицо было бледное, подобно окружающим её стенам.

— Я должна была знать, что никто из вас не окажется достаточно умным.

Мы прошмыгнули в клетку, заперев за собой дверь. Я устало смотрел на Алекс. Она каждый день становилась всё слабее, но девочка была борцом до мозга костей. Маркус передвинулся назад, позволив мне заняться ею, как мы и планировали.

Казалось уместным, что я буду тем, кто это сделает.

Ее мрачный янтарный взгляд скользнул мимо меня к тому, что Маркус держал в руках. Жидкость в стекле была темно-синей и плотной. В её глазах вспыхнуло осознание, и она отступила на шаг назад. Я передвинулся в её сторону, затаив дыхание.

Как и ожидалась, она взбесилась.

Резко рванувшись вперёд, я обернул свои руки вокруг неё, прижав ее руки по бокам. Используя свой вес, я повалил ее на пол, настолько аккуратно, насколько я смог, но она металась и боролась изо всех сил. Удерживая её, я смог обхватить ногами её талию и замкнуть их ниже, поверх её ног.

Алекс попала в ловушку.

— Нет! Нет! — Кричала она снова и снова, каждое слово било в самое сердце. — Нет! Нет!

Прижав свою щеку к её, я заставил её откинуть голову назад.

— Прости, Алекс. Мне так жаль.

— Ты не можешь сделать этого со мной! — Она попыталась покрутить головой, но потерпела неудачу. Её голос был пропитан ненавистью и силой, остротой, которые не принадлежали ей. — Ты пожалеешь об этом. Все вы, это будет последнее, что вы сможете сделать. Я обещаю вам.

— Давай, — подгонял я, желая, чтобы это поскорее закончилось. Взглянув поверх плеча Маркуса, мои глаза встретились с глазами Аполлона. Сейчас он стоял прямо перед клеткой. Даже бог выглядел так, словно испытывал отвращение к тому, что мы делали.

Со страдальческим выражением лица, Маркус принял полусидячее положение перед нами и зажал рукой подбородок Алекс. Его рука тряслась, когда он поднял стакан с Эликсиром и распрямил свои плечи.

— Прости, Александрия. Это закончится через секунду.

Словно сработал выключатель, голос, который вырвался из дрожащей девушки, был тем, который я признал и опасался услышать.

— Пожалуйста, не делайте этого, — умоляла она. Через несколько секунд, мои щеки были мокрыми от ее слез. — Пожалуйста, Маркус, пожалуйста, не делайте этого со мной.

Маркус стал колебаться.

— Алекс?

Её тело содрогнулось подо мной.

— Я буду вести себя хорошо. Я обещаю. Я сделаю всё, что вы скажите, но, пожалуйста, не давайте мне Эликсир.

Я быстро вздохнул.

— Какого цвета её глаза?

— Золотые, — проворчал он.

Перекинув оба её тонких запястья в одну руку, я оттолкнул руку Маркуса в сторону и зажал её подбородок.

— Это не она. Давай. Проклятье, просто сделай это!

Алекс взвыла, и часть меня похолодела — навсегда. Я заставил её открыть рот, оставив синяки на челюсти, когда она снова стала бороться. Энергия гудела внутри меня, шокируя меня каждые пару секунд. Маркус прислонил стакан к её губам, и тошнотворный сладкий аромат Эликсира наполнил клетку.

Даже после того, как всё содержимое стакана исчезло, Алекс продолжала бороться. Крича, вращая бедрами, мотая головой то вперёд, то назад, до тех пор, пока я не почувствовал как её дыхание стало становиться глубже, медленнее.

Маркус отодвинулся назад, отставляя стакан в сторону. Он вытер руки о свои брюки, словно мог каким-то образом стереть то, что он только что сделал со своей племянницей, но это оставило след в моей душе.

Я никогда не смогу забыть это, не важно как сильно я буду пытаться.