Шрифт:
Из кухни доносится могучий звук, шипящий и булькающий, как сотня ящериц на сковородке. Он возвещает о том, что перколятор [90] Аннетт почти готов. Левая рука Манфреда шевелится, извлекая невидимые аккорды на воздушной клавиатуре. Избегая любой возможности быть замеченным в этом, Манфред выпускает сводку своей текущей активности, и та вступает в игру на рынке репутаций. Памела исчезает на кухне; Манфред усаживается на диван. «Ваша атака была весьма элегантной» - комментирует он.
90
Исходно - тип кофеварки, но во время повествования назначение могло быть более общим, да и «перколятор» звучит круче.
Глашвитц кивает. «Это было идеей одной из моих практикантов» - говорит он. «Я не понимаю все эти штучки с DDoS [91] , но Лиза выросла на них. Не совсем наши методы, но ведь работает!»
«Эх». Мнение Манфреда об адвокате понижается на пару пунктов. Тут Памела возвращается с кухни с ледяным выражением на лице. Через некоторое время оттуда появляется и Аннетт, сияющая и невинная, с туркой и кружками. Интересно, что же там происходит, думает Манфред, но тут один из электронных агентов быстро шепчет ему что-то на ухо, чемодан испускает заунывный крик и пересылает ему чувство совершенного отчаяния, а дверной звонок звонит снова.
91
Distributed Denial Of Service Attack, небукв. распределенная атака перегрузкой запросами, цель которой – сделать объект атаки (временно) неработоспособным путем отправки на него очень большого количества запросов (как цыгане выпрашивают мелочь, обступая жертву и отвлекая ее внимание достаточно, чтобы в этот момент подрезать украшения). Обычно в электронном мире для достаточной мощности атаки требуется сеть атакующих устройств и автоматическая рассылка.
«Так в чем мошенничество?» - продолжает Глашвитц, пододвигаясь неудобно близко к Манфреду и шепча уголком рта. «Где деньги?»
Манфред раздраженно смотрит на него. «Но там нет денег» - говорит он. «Замысел в том, чтобы сделать деньги устаревшими. Разве она не объясняла все это?» Его глаза разглядывают адвоката, его дорогущие наручные часы Patek Philippe и перстень с печаткой и поддержкой Java [92] .
«Да ну! Вот не надо пытаться кормить меня такими словами. Смотрите, все, что потребуется, это пара миллионов, и тогда Вы сможете выкупить свою свободу, а мне станет все равно. Я здесь исключительно затем, чтобы ваша жена и дети не голодали и не пошли по миру. Мы же оба прекрасно знаем, что у вас где-то спрятан золотой погреб. Просто взгляните на свою репутацию! Вряд ли вы заработали ее, стоя на обочине с шапкой, верно?»
92
В начале XXI века – первая получившая распространение универсальная среда исполнения и платформа для приложений, работающая на различных (мобильных, переносных, стационарных, серверных) системах.
Манфред фыркает. «Вы говорите об элитном аудиторе налоговой службы. Она не пойдет по миру, она получает комиссию за любого бедолагу, которого утащила в застенки, и она родилась с траст-фондом [93] . Что до меня...» Стереосистема издает сигнал. Манфред снова надевает очки. Шепчущие призраки мертвых артистов неумолчным гулом наполняют его слуховой отдел, требуя отпустить их на свободу. Кто-то снова стучит в дверь, он оглядывается и видит, как Аннетт идет открывать.
93
Вклад на имя гражданина, автоматически открываемый в банке при его рождении в некоторых богатых странах. Как Памела его заполучила?
«Вы ставите себя в затруднительное положение» - предупреждает Глашвитц.
«Ожидаешь компанию?» - спрашивает Пэм, взгянув на Манфреда и приподняв бровь.
«Не совсем...»
Аннетт открывает дверь, и пара охранников в полной экипировке спецназа шагают внутрь. В руках они сжимают гаджеты, смахивающие на помесь цифровой швейной машинки с гранатометом, а их шлемы утыканы таким количеством датчиков, что напоминают космические зонды 1950-х. «Вот они!» - ясно говорит Аннетт.
«Mais Oui». Дверь сама собой закрывается, и охранники становятся по бокам. Аннетт шествует к Пэм.
«Вы надеялись заявиться сюда, в мое летнее жилище, чтобы здесь обобрать Манфреда?» - говорит она, и фыркает.
«Вы делаете серьезную ошибку, леди» - говорит Памела настолько ровным и холодным голосом, что им можно сконденсировать гелий.
Статический треск от динамика рации одного из солдат. «Нет» - говорит Аннетт, как будто откуда-то издалека - «…никакой ошибки».
Она указывает на Глашвитца. «Вас уведомили о передаче?»
«Передаче?» Адвокат выглядит озадаченным, но кажется, присутствие охранников его не волнует.
«По состоянию на три часа назад» - тихо говорит Манфред, «контрольный пакет компании “холдинг.изобилия.корневой.1.1.1” был продан З.А.О. Афины-акселерант, подразделению венчурного капитала из Маастрихта. Один-точка-один-точка-один — это корневой узел центрального дерева планирования. Афины — не простое ЗАО, они акселеранты - они берут взрывные бизнес-планы и детонируют их». Глашвитц бледнеет — сложно сказать, от гнева ли, или от страха потерять комиссию. «Но на самом деле, Афинами-акселерант владеет компания-оболочка в собственности у итальянской коммунистической партии. А важно на данный момент то, что здесь присутствует исполнительный директор 1.1.1.»
Памелу это, конечно, раздражает. «Детские попытки избежать ответственности?»
Аннетт прокашливается. «Как по-вашему, кого именно вы теперь пытаетесь засудить?» - сладко спрашивает она Глашвитца. «Можно взглянуть на наши законы о нечестном ограничении торговли, если пожелаете. А так же о внешнем политическом вмешательстве, особенно по части финансовых отношений с итальянским правительством».
«Вы не станете...»
«Я — стану». Манфред потирает руками колени и встает. «Уже готово?» - спрашивает он чемодан.