Поддерживая Олега благодаря силовым приводам доспехов, девушка помогала ему передвигаться.

Через некоторое время лесные тропы вывели их на залитую солнцем поляну посреди гущи мрачного леса. Игорь и Дмитрий встали на часы, пока Ира укладывала Олега на землю. Усталость брала своё и уже почти падая от бессилия она, стиснув губы, сдержала в себе ругань и проклятья и стала открывать лицевую часть шлема. Впервые глотнув чудого воздуха, наполненного запахами трав и прелых листев, она уловила посторонний звук. Слуховые фильтры в шлеме отсеяли все посторонние шумы и выделили этот, выдох живого существа.

На краю поляны, за широким деревом пряталась совсем молоденькая девушка. Широкие, чуть раскосые глаза ее были расширенны от ужаса. Испугавшись внешнего вида бойцов в нездешней броне, девочка рванула в чащу.

– Не стреляйте! Не смейте стрелять в ребёнка!
– выкрикнула Ирина вслед Дмитрию устремившемуся в заросли. Тот в ответ лишь досадливо махнул рукой и скрылся в зарослях.

Продолжение.

Если бы меня спросили как я умудрился через всё это пройти, ответил бы - 'фиг знает'. Такой 'идиот по жизни' как я, считающий что лучше уж выслужиться и пить пиво у себя в домике на ранчо, не мог словить подобное. Ну что сказать - уж так фортуна меня фортанула.

– Что это такое?
– спросила Арида, заглядывая мне через плечо, - У тебя так много магических артефактов но от них не веет аурой, это так интересно!

Спешно убирая свою электронную книжку за пояс, я сокрушённо вздыхаю, всеми силами стараясь не смотреть на её прелести:

– Ты же мне в дороге говорила, что можешь в своём мире из ничего предметы создавать. Хоть бы халатик какой надела!

– Фех, да ты такой же ханжа как и остроухие, - фыркнула она и ещё более игриво стала вилять бёдрами, - неужели тебе не нравится моё тело, я создавала идеальные пропорции девятьсот лет, они должны нравиться любому гуманоиду!

Меня слегка переклинило от этой цифры. На вид, ну лет двадцать пять, если воспринимать её как человека. И чёрт меня задери, я уже не смотрю ни на рожки ни на хвост, вот прям тут бы с ней и прилёг, но вот беда - доспехи самому снять невозможно, это раз. Второе - если моя броня не сходит с ума, то тут такой радиационный фон, что я бы скинул копыта минут через пять. Третье и, пожалуй, самое главное, что охлаждало мою похоть - меня пугало то, каким голодным становился её взгляд когда она говорила о моей исключительно яркой душе. Вот уж понятия не имею что там и как, на службы в церковь я забивал с детства и праведником не был никогда, но видимо тут ей виднее.

– Меня ты не слушаешь вовсе, печально это, - проворковала она, беря меня за руку и ведя как младенца дальше в горы.

– Послушай меня и запомни - коль спросят тебя, ты скажи: 'Создание я из разлома и верность моя принадлежит госпоже, хозяйке суккубов Ариды', - напутствовала она, ведя сквозь непонятный кровавый туман с чёрными завихрениями, - Никому и никогда, имя своё не кажи, таи от себя и от близких, душу свою береги.

Я уже и не слушал её почти, тщетно вглядываясь в туманю Но внезапно кровавые завихрения рассеялись, когда мы вышли на просторное плато. У меня чуть челюсть не отвалилась! Гигантская, хотя не, не так - ГИГАНТСКАЯ пропасть, внутри которой мириадами цветов и оттенков красного и золото тянулись пирамиды и дворцы. В небольшом отдалении тянулись караваны, шагали друг за другом монструозные, закованные в золотые доспехи чудовища разных форм.

– Теперь мы пришли, но не бойся, я буду с тобою всегда, - сказала она напряжённо, и, нервно тряхнув головой, сделала замысловатый жест рукой. Вокруг неё возник искрящийся, непрозрачный ливень, обернувшийся мантией, плотно облегающей фигуру, - Идём, Рыцарь разлома, съешь страх свой и трепет, он манит сладчайшим вином.

Мириста бежала во всю прыть, подобно дикой рыси, и молилась предкам, чтобы чужак её не догнал. Не смотря на то, что она, пользуясь помощью воздушных элементалей почти летела над землёй, Дмитрий не только не отставал, но и сокращал дистанцию. Боясь обернуться, она с ужасом чувствовала, как катастрофически быстро утекают её магические и физические силы. Даже в этот ужасный момент самоирония промелькнула в её разуме - как она может мечтать поступить в лучшую академию во всём Надразоне, если улепётывает от врага, а не пытается сразиться с ним. От горечи подобных мыслей Мириста не заметила препятствия под ногами, споткнулась и влетела в колючий кустарник. Слабо пискнув, затаилась, не способная шевельнутся и хватая ртом воздух как рыба, выброшенная из воды.

Чужак тем временем сбавил скорость и медленно подошёл к ней. Разглядывая его массивную фигуру и зловещий цвет его лат, Мириста внутренне сжалась, готовясь умереть как подобает эльфу, не издав ни звука.

– Вот ведь дурочка, - пробормотал Дмитрий, хватая девчушку как котёнка за шкирку и вытаскивая из кустов. Растрёпанная, раскрасневшаяся и ошарашенная, она молча смотрела на него огромными глазами и не шевелилась.

Первым в ней, что потрясло Дмитрия, были аккуратненькие длинные эльфийские ушки, выглядывающие из под распавшихся по плечам волос цвета воронова крыла. Вся она, такая маленькая и хрупкая источала такое обаяние и красоту, что он невольно оробел. Она была красива, просто потрясающе красива, прекраснее всех женщин, которых ему доводилось видеть. Дмитрий залюбовался ею, чуть отойдя, хотя инстинкты разведчика не позволяли ему расслабиться и потерять бдительность.

– Видимо ты меня не понимаешь,- прошелестело из вокс-динамиков его шлема, что заставило малышку содрогнутся всем телом. Осознав что безликий шлем и броня, нависающая над ней, повергают её в ужас, Дмитрий потянулся к отпирающим механизмам лицевой маски, нарочито медленным движением, боясь ещё больше напугать местную жительницу.

Иииии оп! Мы от первого лица!

Опустошенная страхом, я следила за его движениями. Ужас во мне боролся с возникающим удивлением и любопытством. Несмотря на огромные и громоздкие латы, делающие его похожим на каменного великана, каждое движение чужака было экономным и ровным. Голос, прозвучавший как будто из глубин подземелий, страшный, незнакомый, вызвал у меня дрожь, что чужак тотчас заметил. Медленно, он потянулся к шлему, видимо желая показать лицо. Ещё больший страх сковал меня, и слова заклинания вылетели у меня из головы. Мне было страшно узнать, что же кроется за этой маской.