Шрифт:
Четыре часа спустя Лубумбаши, «столица меди», приняла их под тем же проливным дождем. У Эрвана было ощущение, что он плавает в околоплодных водах мира. Отец без всякой иронии утешил его, похлопав по плечу: «Это колыбель нашей семьи, мальчик мой!» Формулировка прозвучала странно: обычно Морван хвастался своей принадлежностью к аристократическому бретонскому роду – Морваны-Коаткены. В гостинице все пошло по заведенному расписанию: аперитив, ужин, бассейн. Вечер был посвящен Сезе Нсеко, оплакиваемому покойнику. Он руководил «Колтано», горнопромышленным предприятием, основанным лично Морваном.
Эрван не вмешивался в ход событий. Среди тревожных криков в ночи он слышал, как трещат, сгорая на неоновых лампах, комары. Подсвеченный со дна бассейн был усеян опавшими листьями и кишел пиявками. Эрван и так уже понял, что жизнь белых в Африке родственна жизни жаб, квакающих вокруг водного источника.
Наутро, когда он проснулся, воздух снова пылал. Кондиционер испустил дух. Эрван едва успел влезть в черный костюм и присоединиться к отцу, который уже держал под мышкой траурный венок на манер спасательного круга. Он заказал его утром у местного цветочника.
– …Кенго Булуджи…
– А Кабила, – прервал он отца, – он не придет?
Отец неодобрительно покачал головой:
– Ты пропустил мимо ушей все, что я тебе вчера объяснял. Кабила и Нсеко принадлежат к разным этническим группам. Все равно что пригласить папу римского на конгресс стриптизерш.
Пришел черед белым отдать последний долг.
– Помоги мне, – приказал Грегуар.
Они подхватили венок и заняли место в траурной процессии. Морван продолжал шепотом давать комментарии, на этот раз относящиеся к французам и бельгийцам:
– Вон тот франкмасон. Был министром международного сотрудничества и…
Эрван видел только пятнистые или лысые черепа, морщинистые шеи, густые брови. Средний возраст между семьюдесятью и восьмьюдесятью. Умирающие слоны явились удостовериться, что бизнес будет продолжаться. Китайцы и индусы замыкали цепочку акул. Новая смена…
Когда они проходили мимо погребального навеса, гигантская рука тяжело опустилась на плечо Морвана.
– Как дела, цыпочка моя?
Африканец ростом с отца стоял позади них. Эрван отступил на шаг. Смех чернокожего перекрыл звук фанфар, и на его, словно отлитом из чугуна, лице засверкала клавиатура ослепительных зубов. Грегуар расхохотался в свой черед, и двое аферюг принялись обниматься.
– Только не говори, что ты примчался издалека ради этой старой сволочи!
– В благодарность за хлеб-соль.
– Ну что ты за скотина! Все же знают, что хозяин здесь один – ты!
– Нсеко был нашим капитаном в бурю.
– Сторожевым псом – это да. Мир его душе. – Он обратил выпученные глаза на Эрвана. – Ты меня не представишь?
– Мой сын Эрван. Генерал Трезор Мумбанза.
От рукопожатия гиганта у Эрвана едва не хрустнули кости.
– Рад с тобой познакомиться. – Генерал провел пальцами по обритой голове Эрвана. – Военный?
– Коп. Держу голову в холоде.
– Здесь тебе не поздоровится! Лучше надень шляпу!
Новый взрыв смеха.
Мумбанза стоял спиной к солнцу. Видны были только белки глаз с черными точками зрачков. Эрван подумал о «Заклинательнице змей» Таможенника Руссо.
– Наш друг командует регулярной армией в Катанге, – пояснил Морван. – Вроде местного Пиночета.
– Не надо лести.
– Без него война от Киву [8] уже добралась бы до Лубумбаши.
Генерал (он был в темном кителе без всяких военных отличий) указал на гроб и перешел на заговорщицкий тон:
8
Киву – озеро в Центральной Африке, на границе между Руандой и Демократической Республикой Конго.
– Знаешь, от чего он умер?
– Мне сказали, от сердечного приступа.
– Сердечный приступ на африканский лад. Ему вырвали сердце!
– Кто?
– Тутси. Хуту. Мау-мау… Выбирай сам. А может даже, баньямуленге [9] или какой-нибудь кадогас. [10] Или же вы, белые, втихаря. Кто знает?
– Где это случилось?
– На его собственной вилле. Ему разрезали грудь обычной ножовкой и угостились. По-моему, они даже не потрудились покинуть гостеприимного хозяина, чтобы слопать его сердце. – Мумбанза гоготнул как паровой локомотив, глядя на Эрвана. – Здесь, малыш, пррррравда Африка!
9
Баньямуленге – конголезские тутси, населяющие плато озера Киву (см. выше).
10
Кадогас – ребенок-солдат, как правило похищенный из семьи.
– Кончай свои шуточки, – приказал Морван. – Нагонишь на него страху.
Позади них раздался ропот: они перекрыли дорогу. Эрван поторопился возложить венок. Для молитвы пришлось бы пройти еще раз.
– Кто заступит на место Нсеко? – спросил Грегуар, направляясь к палатке, где был размещен буфет.
– Голосование сегодня после обеда. Генеральная Ассамблея!
– У тебя все шансы…
Мумбанза устало отмахнулся, вот ведь фигляр.
– Не могу же я взваливать на себя все сразу, но если меня очень попросят… – Он внезапно повернул голову, заметив кого-то в толпе. – Потом поговорим. Мне нужно пожать пару клешней.