По телевизору, в передаче 'Клуб путешественников' тоже неоднократно показывали Бразилию и ее удивительную природу, а также довольно симпатичный и веселый, несмотря на бедность, народ...

Появилось много бразильской музыки как на радио, так и на пластинках и аудиозаписях.

Ну и конечно, все разговоры среди тех, кто хоть сколько-то интересовался футболом, были о предстоящей игре с бразильцами, заслуженно считавшимися самыми крутыми футболистами планеты, и о шансах нашей сборной в схватке с действующими чемпионами мира. Спорили до хрипоты, заключали пари...

Новоявленные артели воспользовались ажиотажем и выбросили на рынок майки, значки и разные другие изделия на тему предстоящей встречи. Их товар разлетался как горячие пирожки в морозную погоду.

Власти тоже не остались в стороне и, чтобы отлучить от будущей игры билетных спекулянтов, распространяли билеты на предприятиях, в учебных заведениях, в разного рода учреждениях и спортивных структурах по предварительной записи. Билетов, понятно, на всех не хватало и их разыгрывали в лотерею, предупредив, что против номера билета обязательно будет стоять имя счастливца и пройти на игру можно будет, только предъявив документы, так что любителям гешефтов лучше не беспокоиться.

Какую-то часть билетов распространили среди находившихся в СССР граждан Бразилии через их посольство и еще немного продали - весьма недешево - через торгпредства СССР в других странах, тамошним любителям футбола.

Ну а мы - футболисты сборной СССР - накануне игры со сборной Бразилии испытывали вполне объяснимое волнение. Еще бы, к нам пожаловали действующие чемпионы мира, в составе которого такие звезды, как Пеле, Гарринча, Жаирзиньо, Сантос...

Ажиотаж от предстоящей встречи, казалось, затмил те три официальных игры, что провела сборная. Тем более, что сама игра и результаты давали повод для сдержанного оптимизма.

1 июля самолет с чемпионами мира приземлился в Шереметьеве, бразильцы выглядели бодро и безмятежно. Прилет знаменитых футболистов тем же вечером показали в 'Телевизионных новостях' - предшественнике программы 'Время'. На следующий день материалы появились в газетах, радио тоже подготовило свои репортажи из аэропорта. Первым из самолета появился глава делегации, вице-президент Бразильской конфедерации спорта Силвио Пашеку. За ним потянулись живые легенды: тренер Висенте Феола, доктор-психолог Хилтон Гослинг, золотые медалисты Беллини, Орландо, Джалма Сантос, Гарринча, Пеле... У журналистов глаза разбегались. Феола был краток, рассказал о цели поездки - выявить из 22 кандидатов самых достойных для участия в главном турнире четырехлетия.

Газетчики просто сходили с ума, правда, к Пеле подступиться было сложно. Оказавшись в плотном кольце 'папарацци', присутствия духа не терял, отвечал пространно, дипломатично, дабы ненароком не обидеть хозяев. На вопрос, что думает о предстоящей встрече и удастся ли ему забить, ответил:

'О! Это не только от меня зависит. Если мне дадут возможность, готов забить два гола. Счет предсказать не возьмусь. Обычно я в таких случаях отвечаю: 'Соперники забьют, сколько смогут, мы - сколько захотим'.

Честно говоря, прочитав это, я чуть не выпал в осадок. Всегда считал, что эта фраза про бразильцев - что-то типа городского фольклора, который болельщики любят рассказывать. А здесь это, оказывается, прямая речь Пеле. Тем более он там дальше и про меня говорит.

'Для московской встречи надо сделать исключение. Нам предстоит встреча с очень сильной командой, ворота которые защищает Яшин - это просто непробиваемая стена. Кроме того, очень интересным выглядит игра Джорджа Мальцева. Когда я услышал, что он играет в Англии, то был очень удивлен и заинтересован'.

Нет, ну приятно, что ни говори, читать такое про себя.

Так, а что там дальше беспокоит Пеле? Погода, не будет ли дождя? Мокрая погода и скользкий грунт нивелируют преимущество кудесников в технике, как это случилось в Стокгольме, где они пропустили единственный гол. Высокого гостя, ссылаясь на советские метеослужбы (нашли блин, на кого ссылаться), успокоили: если и покапает - незначительно, да и то утречком.

Как потом нам говорили, гуляли бразильцы по улицам и площадям столицы, сопровождаемые толпами граждан, увиденным восторгались. Пеле не уставал расписываться. Охотникам за автографами не отказывал, расписывался в блокнотах, на клочках бумаги, платках, денежных знаках... Его терпению поражались даже ходившие по пятам журналисты.

'В игре трудятся ноги и голова. Так надо же где-то дать нагрузку на руки', - объяснял бразилец.

Мы же сидели на базе и, откровенно говоря, не скучали. Затеянная перестройка игры казалось, грозила похерить и так с трудом налаженные связи в игре сборной.

Проводя тренировки, Морозов, не чинясь, частенько привлекал меня к разбору того или иного эпизода, при этом я то и дело удостаивался заинтересованных взглядов его помощников и ответственных футбольных чиновников, которые не пропускали почти ни одной нашей тренировки. По-видимому, реакция на игры сборной Шелепина и его окружения не прошла мимо профессиональных карьеристов, потому и внимание к нам было повышенное. Хорошо хоть не лезли с советами и рекомендациями.