– А тебя не смущает, что он – обычный человек?

– Смущает, – с готовностью согласилась Танечка. – Точнее, меня раньше это ужжжасно смущало. А потом поглядела – ты с Верой; туземец этот, друг твой Денисов, тоже с обычной женщиной живет; Крюков с Катериной. – Она в задумчивости потеребила рукав, затем решительно одернула и едва слышно произнесла: – Я тоже хочу.

– Слу-ууушай, – протянул Евгений; он и сам не помнил, у кого подцепил манеру растягивать это слово, но уже не раз замечал, как употребляет его. – Ну, если тебе мой совет нужен…

– Нет-нет-нет! – горячо заговорила Таня, мотая головой. – Я же понимаю – одинокий мужчина в таких делах плохой советчик. Ты уж прости, но если ты целый год с Верой не можешь разобраться – где уж тебе меня поучать? Ой… Это ничего ведь, что я опять про тебя с Верой, да еще и в таком ракурсе?

Евгений сник. Лихо она его на место поставила! Якобы оговорилась. Якобы случайно у нее, болтушки эдакой, вырвалось. А на самом деле?

А на самом деле Танечке было больно и стыдно – она ведь только что перед ним наизнанку выворачивалась, о самом сокровенном рассказывала в запале. Во влюбчивости своей призналась, в несуразном для девушки ее возраста и внешности одиночестве, в недавно возникшем чувстве к молодому мужчине. Теперь раскаивается, глупая. Хотя понятно: такое с мамой принято обсуждать или лучшей подружке на ухо шептать, но, видно, не было у ведуньи возможности выговориться кому-то по-настоящему близкому, не нашлось более подходящей кандидатуры, вот и доверилась Евгению. А сейчас вдруг опомнилась и, без сомнения, корит себя, и злится, и неловкость испытывает, оттого и укорот ему устроила, оттого и дерзила – сбежать надумала, вот и подыскала повод повздорить. А сбежать ей очень хочется, потому что невмоготу перед ним стоять еще более обнаженной, чем днем, и щеки распунцовелись дальше некуда, и слезы стыда вот-вот из глаз брызнут.

Покивав собственным мыслям, Угорь едва не потянулся в Сумрак, намереваясь «погладить» ауру девушки, успокоить ее, заставить сердечко стучать чуть медленнее и тише, выкинуть из мыслей никчемное смущение. Едва не потянулся – но вовремя опомнился: нельзя пока в Сумрак, не был еще снят запрет. Как можно станет – Сибиряк оповестит.

– Ты чего? – Таня, терпеливо дожидавшаяся его реакции на свою бестактность, в итоге не выдержала. – Обидела я тебя, да? Вот я дрянь такая! Ну, прости, Угоречек, прости дуру! Все, я убежала с глаз долой…

– Сто-ять! – по-военному скомандовал Евгений, и Танюша послушалась, вновь остановилась на пороге.

Все необходимое Угорь выяснил буквально за три минуты – где и при каких обстоятельствах познакомились, сколько раз встречались, куда ходили. Со стороны выглядело если и не идеально, то вполне добропорядочно. Очаровательный и обходительный молодой человек не позволял себе ничего лишнего, однако… Однако было в нем что-то, что беспокоило Танюшу, какое-то несоответствие внешнего внутреннему. Посмотреть сквозь Сумрак она сперва постеснялась: неловко это как-то – прощупывать ауру обычного человека, который к тебе так замечательно относится. Тут Евгений ведунью прекрасно понимал, поскольку сам крайне трепетно относился к этому вопросу в отношениях с Верой.

В общем, все бы ничего, но в последнем телефонном разговоре, когда Танечка сообщила примерную дату своего возвращения в Томск, молодой человек пригласил ее в гости – знакомить с мамой. А знакомство с родителями – это шаг куда более ответственный, нежели спектакль в областном театре; здесь уже хочется понимать, действительно ли это тот самый мужчина, с мамой которого тебе придется в будущем общаться. Отказаться от похода в гости, повременить, отложить на неопределенный срок? Но не обидит ли это парня, который так мило ухаживал и искренне радовался ее скорому возвращению? Мало того что просто расстроится, так еще и (вот ужас!) может подумать, что Таня – легкомысленная особа, которой развлечений вполне достаточно и которой чужды серьезные отношения. Но и принять приглашение – значит дать повод думать, что ты готова перевести отношения на какой-то новый уровень.

Ситуация усугублялась тем, что именно сейчас воспользоваться возможностями Иной Танюша не могла. Впрочем, как и Евгений. Оставалось надеяться, что через пару дней бурление Сумрака утихнет, и тогда оперативник, обладающий в подобных делах куда большим опытом, сможет разобраться, что же так царапает ведунью, что же ее настораживает в своем новом знакомом.

На том и порешили. Клятвенно пообещав Тане никому не рассказывать о ее просьбе, Угорь наконец позволил сотруднице Ночного Дозора отправиться на службу.

Вечерело. Послонявшись по комнате, но так и не найдя себе занятия, Евгений окончательно затосковал. Дурацкий день. Долгая дорога, возвращение, постыдная, унизительная немощь, непонятные восстановительные процедуры в исполнении ведуньи, появление Веры в самый неподходящий момент, все эти разговоры с Танечкой об ожидании счастья и проблемах одиночества…

Дозорный уже и не помнил, когда в последний раз оказывался настолько не у дел, всегда находились хоть какие-то занятия. Сейчас они стали бы действенным средством, чтобы отключиться от переживаний и перевести мысли в рабочий режим, однако заняться было попросту нечем. Даже книжку не почитаешь, поскольку настенная полочка абсолютно пуста, если не считать букетика пластмассовых ландышей и фарфоровой собачки, оставшихся от предыдущих постояльцев. А ведь впереди ночь! Мало того что ночами Евгений привык бодрствовать, так еще и выспался сегодня днем с запасом! В патруль ему нельзя, даже просто гулять Танюша покамест запретила. Эдак и свихнуться недолго, особенно если постоянно думать о ситуации с Верой.

Казалось бы – чего тут думать?! Подойти, поговорить, объясниться. Жаль, Евгений не может пригласить Веру домой, чтобы познакомить с родителями, как тот неведомый молодой человек в Томске. Наверное, для девушки такое приглашение значило бы гораздо больше многих слов, которые могут быть сказаны.

Завтра, все завтра…

Но как быть с днем сегодняшним?

Совсем скоро начнут возвращаться из окрестностей Загарино остальные участники противостояния – Химригон, Остыган Сулемхай, Качашкин со своей гвардией и все прочие местные Иные. Быть может, уже завтра руководство Дозоров оповестит о том, что Сумрак успокоился, и это будет означать, что от Темных снова можно ждать неприятностей. Пожалуй, на радостях те могут разойтись не на шутку. И как же ему в такой ситуации выкроить время для поездки в Томск, как помочь Тане? Нет уж, если ехать – то только сейчас! Все, что необходимо для проверки, она ему уже сообщила. Он может вылететь ночным рейсом в область, утром быстренько выяснить интересующее и к вечеру вернуться. У него – законный выходной, так что это исключительно его дело, как сей выходной провести. Ну и что, что Танечка велела ему сидеть дома и набираться сил? Он прекрасно себя чувствует, он отдохнул, он отоспался – так почему бы ему не провести коротенькое расследование? Тем более что объект – даже не Иной.