Я пробормотал нечто торжественное, наиболее подходящее к ситуации. Остаток дня прошел в помещении с наставником, который становился все раздражительнее от каждой неудачной попытки.

Почувствовать, как замедляется время так и не получилось. Поднатарев в махании ножами, я лишь смог уложить три сдвоенных удара в период между двумя падающими каплями. Игровая механика среагировала на мои действия, сообщив об изученном навыке. 

'Внимание!

Изучен навык: транс

Прогресс освоения: 0\100

Время активации зависит от прогресса навыка

Коэффициент замедления зависит от уровня игрока

Ограничение: только для парных ножей'

Размытая формулировка системки не внушала оптимизма, но меня не спрашивали, а я брал, что дают.

Задвинув заслонку очага, дед стал гонять меня вдоль стен землянки, заставляя прятаться в тенях и изгибах ландшафта. Прятаться было негде, впрочем теней по углам хватало. Я смог добиться результата только после того, как измазал свое лицо сажей. Случайно задев подволок землянки, я утер грязной рукой текущий по моему лицу пот. Игра зачла мою находчивость, хоть это и вышло случайно.

'Внимание!

Изучен навык: тень

Прогресс освоения: 0\100

Время активации: 10 \ прогресса навыка сек.

Коэффициент невидимости: прогресс навыка %

Время действия: 1.5 х уровень игрока сек.

Ограничение: при использовании парных ножей'

В деревню сегодня не пошел, упросив хозяина остаться в землянке. Удачное изучение обоих навыков и непогода за порогом, смягчили вредного деда.

= =

На работе было затишье. Начальство не интересовалось состоянием дел на выделенном нам объекте, а остальные работники отдела делали вид что с нами мало знакомы.

– Плохо дело, - прокомментировал ситуацию Михалыч: - о том, что нас решили уволить уже все знают.

– Побарахтаемся, - бодро ответил я, тщательно скрывая клокочущее внутри меня раздражение.

Помимо увольнения, начальник отдела мог выдать плохую характеристику, с которой устроиться на другую работу будет очень сложно. Для Михалыча это было не столь существенным обстоятельством, по возрасту он уже мог смело выходить на пенсию. В отношении меня, плохое реноме ставило крест и на новой работе и на уровне привычного благосостояния в жизни. Став безработным и существуя на пособие, я сводил на нет любые планы, которые время от времени строил, предаваясь мечтам о своем будущем.

 -Ладно, поехали на объект, - закинув сумку с инструментами на плечо, Михалыч двинулся к служебной машине.

Составленный график обслуживания оборудования, пугал количеством наименований. В основной список входило более тысячи пунктов. Чтобы привести все в порядок, требовалось в десять раз больше людей и полгода работы. Особого выбора у нас не было и мы решили начать с наиболее ветхих узлов сети. Будет ли результат от наших усилий покажет только время.

– Как тебе новые игрушки?
– напарник не смотря на свой возраст, любил различные новинки в технике и всегда интересовался инновационными разработками.

– Ты о чем?
– не понял я.

– Смотри!
– Михалыч продемонстрировал отвертку, которая вращалась сама, и не падала из ладони: - кладовщик вчера выдал новый инструмент, за все годы работы, я в первый раз видел его таким щедрым.

– Уже разобрался что к чему?
– кивнув на новенький саквояж, зажатый между ног у напарника, я поддержал тему беседы.

Впрочем оптимизма Михалыча от получения нового инструмента я не испытывал. Подобная щедрость могла объясняться очень просто. Когда нас уволят, кладовщик повесит все недоимки на проштрафившихся работников. Привычная практика обливать грязью тех, кто не может уже ответить, наиболее полно характеризовала принятое в нашей компании отношение к людям.

 = =

– Ты где был? Явился не запылился! Вы посмотрите на него, а!
– зайдя на двор к Пелагее, наткнулся на разъяренную бабку: - Я ему место в хлеву дала, одежду стирала...

Развернувшись, я ретировался, поспешно захлопнув калитку. Разбираться с местной торговкой и скандалить на полдеревни мне не было никакого интереса. Соседи так не считали, высовываясь из-за плетней, они поддерживали Пелагею. Выскочившая вслед за мной на улицу торговка продолжала голосить.

– Да что с вами? Что я вам сделал-то?!
– крикнул я, затравленно озираясь по сторонам.

Потраченного в пустых разборках времени прошло не меньше часа. Окружившие меня жители, не давали возможности покинуть деревню. Только кузнец, вышедший на деревенский шум, смог внятно объяснить, что случилось прошлой ночью. На двор к Пелагее пришли три игрока, обыскав хлев и убив корову, они проникли в ее дом через окно. Растолкав торговку, стали пытать, спрашивая где постоялец. Не узнав ничего путного, бабке отрезали язык и подрубив сухожилия рук и ног, бросили в избе. Промучившись до утра, Пелагея умерла от потери крови.