— А вы продолжите строить Четвертый рейх? — спросил Джеймс Бонд. — После чего весь мир заживет на веки счастливо?

— Что-то в этом духе. Но я что-то заговорился. Мои люди ждут. Они хотят поговорить с вами…

Бонд поднял руку.

— Хоть я и не вправе задавать вам вопросы, и все же я посмею спросить: эту подставку с совместной операцией придумали тоже вы?

Он кивнул.

— Я объяснил Коле, как все обставить и заменить людей. Правда, я не просил, чтобы Моссад представляла моя блудная доченька.

— Ривка. — Бонд вспомнил их ночь в отеле.

— Да, так она теперь себя называет. Насколько я знаю. Ривка. Будете хорошо себя вести, мистер Бонд, и я, возможно, сжалюсь и разрешу вам повидать ее перед отъездом в Москву.

Так значит, она жива! Она здесь, в «Ледяном дворце»! Бонд сделал над собой усилие внешне не проявлять никаких эмоций. Он просто пожал плечами.

— Вы сказали, что со мной хотят поговорить ваши люди?

Фон Глёда вернулся за свой стол.

— Не сомневаюсь, что шишкам из Москвы не терпится вас заполучить, но моя разведка тоже хочет поговорить с вами об одной проблеме.

— Правда?

— Правда, мистер Бонд. Нам известно, что ваша Секретная служба держит одного из наших — солдата, который не выполнил свой долг.

Бонд пожал плечами, на его лице застыло выражение наигранного недопонимания.

— Все мои солдаты преданы мне. Они знают, что главная Цель — прежде всего. Это причина нашего успеха. Никто не сдается в плен. Каждый член НСДА дает клятву, что скорее примет смерть, нежели замарает честь солдата. За последний год ни в одной операции никто из моих людей не был взят живым! Никто, кроме… — фраза повисла в воздухе неоконченной. — Ну? Может, вы расскажете, Джеймс Бонд?

— Мне нечего вам рассказывать. — Это прозвучало мягко и спокойно.

— А я думаю, есть. Операция, в которой мои люди уничтожили трех Британских подданных при выходе из Советского посольства. Вспоминайте, вспоминайте, Бонд.

Бонд уже вовсю напряженно обдумывал ситуацию. Он вспомнил инструктаж и мрачное лицо М, когда тот упомянул о допросе солдата НСДА, которого держали под арестом в здании Штаба. Солдата, который пытался застрелиться. Что тогда сказал М? «Прицел у него сбился». И никаких деталей.

— Я предполагаю, — голос фон Глёды понизился почти до шепота, — я предполагаю, что любую информацию, выбитую из этого пленника, должны были предоставить вам на инструктаже перед тем, как отправить вас к Коле. Я хочу узнать. я должен узнать, как много этот предатель вам рассказал. И вы мне об этом расскажете, мистер Бонд.

Бонд умудрился выдавить из своего пересохшего горла смешок.

— Вы извините, фон Глёда…

— Фюрер! — взвизгнул фон Глёда. — Как и все, вы будете называть меня «фюрером!»

— Финского офицера, перебежавшего к нацистам? Финского немца с манией величия? Я не могу назвать вас «фюрером». — Бонд произнес это тихим голосом, еще не ожидая, в какую ответную тираду выльется его заявление.

— Я не признаю никаких национальностей! Я не финн и не немец! Вы спросите: а не Геббельс ли пропагандировал идеи Гитлера? А я скажу, что это немецкий народ не имеет права на существование! Потому что они не оправдали себя! Они не смогли проникнуться великой нацистской идеологией! Они сгинут с этого света, и родится новая Партия! Она-то и продолжит дело.

— Но пока что никто никуда не сгинул.

— Это не важно. Я предан Партии и Европе. Всему миру. Сейчас рдеет рассвет Четвертого рейха! И любой, даже маленький клочочек информации, важен для меня. И вы дадите мне его!

— Я ничего не знаю ни о пленнике, ни о допросе.

Фон Глёда внезапно вскочил, его лицо задергалось в бешеных конвульсиях. Глаза пылали.

— Вы будете говорить и расскажете мне все, о чем знаете! Все, что известно Британской Секретной службе об НСДА.

— Мне нечего вам рассказывать, — повторил Бонд. — Не можете же вы заставить меня говорить о том, о чем я не знаю! Да и что вы со мной можете сделать? Чтобы продолжить свое дело Партии, вы должны передать меня в Колины руки! Уговор дороже денег!

— О, мистер Бонд, не будьте таким наивным. Своих людей и боевую технику я могу вывести отсюда за двадцать четыре часа. Коля тоже продал душу своим амбициям. Ему кажется, что он обретет власть, если ступит на площадь Дзержинского с вами — с человеком, которого уже так давно хочет заполучить СМЕРШ. Вы что думаете? его начальство знает, чем он тут занимается? Конечно же, нет! Коля хитер — как и всякий хороший разведчик или солдат. Отделу «В» Первого управления известно лишь то, что он ищет здесь пропавшую боевую технику. Никто и не сунется его искать. Понимаете теперь, Джеймс Бонд? Вы купили мне время, только и всего. Шанс завершить мою маленькую сделку и возможность убраться отсюда. Колю Мосолова можно пустить в расход. Равно как и вас.