– Нет, – так же тихо ответила Телдра. – Я и сама пытаюсь понять.

– Наверное, она сказала это в метафорическом смысле.

– Наверное.

Мои сомнения так и не развеялись; уверен, что Телдра тоже ни в чем не была уверена.

Телдра ловко соорудила мне повязку из темной льняной салфетки, которую умудрилась где-то найти. Теперь моя левая рука не болталась, и я проворчал слова благодарности.

– Пора, – возвестила Сетра, и мы собрались вокруг нее.

Я коснулся амулета, подаренного дедом, чтобы убедиться в том, что он все еще на месте, и вдруг сообразил, что уже довольно давно снял всю свою защиту и даже не обратил на это внимания – привычка может оказаться опасной. С другой стороны, если меня убьют дженойны, то не нужно будет тревожиться из-за джарегов. Следует находить утешение всюду, где только возможно.

Мои рассуждения прервались. Стены комнаты внезапно открылись наружу – во всяком случае, создалось именно такое впечатление, – и мы все оказались на небольшом скалистом уступе, выходящем на Малое Море Хаоса, где когда-то находился самый крупный город Империи, пока отец Алиры не сделал из Императора плачущую корову. Мне обязательно следует научить Сетру правильно оценивать силу плачущей коровы.

Я посмотрел на сырой, кипящий хаос под нами – квинтэссенцию беспорядка, умоляющего организовать его и одновременно отрицающего существование такой возможности. Кое-кто из моих спутников знал, что требуется для того, чтобы сотворить порядок из хаоса; те, кого мы ждали, тоже. Кто-то хотел использовать хаос для своих целей, другие намеревались им помешать, отсюда и смертельный конфликт. Я бы в жизни не стал связываться с этой проклятой штукой.

Древний город Драгейры когда-то стоял здесь, посреди плодородной равнины, где с гор стекало несколько рек. Горы, к западу от города, сейчас находились за моим левым плечом, но небольшая их часть торчала в виде серых уродливых скал, на одной из которых мы и стояли. Отсюда я не видел рек, а город и почти вся долина давно превратились в завихрения цветов – по большей части коричневого, зеленого и оранжевого, – кое-где темных и мрачных, в иных местах пронизанных ослепительным сиянием.

Иногда переливающаяся масса откатывала назад, и тогда становилась видна коричневая земля. Картина действительно напоминала океанский берег, если вы в состоянии представить себе океан без течений, со случайными волнами, плещущимися в двухстах футах от «берега», – эти волны обладают очаровательной особенностью: малейшее их касание не только убьет вас, но и приведет к тому, что вы мгновенно превратитесь в ничто. Не самое мое любимое место на Драгейре; я уже не говорю о том, что мы стояли всего в пятидесяти футах от кромки «воды».

Чтобы быть честным до конца, должен добавить, что мы находились над ней – немного безопаснее, не более того.

– Что теперь? – спросил Маролан. – Разойдемся или останемся вместе?

– Останемся вместе, – ответила Сетра. – Устраивайтесь поудобнее; не исключено, что придется подождать.

– Следовало захватить с собой кресла, – проворчал я. Маролан бросил на меня взгляд.

Я присел на корточки. Моя левая рука дернулась. Может быть, если повезет, она заработает в тот момент, когда потребуется. Я принялся растирать левое предплечье через повязку, но опять ничего не почувствовал.

Сетра вытащила Ледяное Пламя и направила его в центр моря. Затем убрала оружие в ножны и сказала:

– Хорошо. Их можно ждать в любой момент.

– Вы разорвали их связь?

– Да. Если Некромантка сумеет запечатать это место до появления дженойнов, мы сможем отправиться по домам. Если нет, придется с ними сражаться. Если нам повезет и дженойны не восстановят связь сразу, то они будут вынуждены сражаться без помощи волшебства – в таком случае хороший удар Великого Оружия будет их убивать. Если нет, ситуация осложнится.

– За удачу, – сказал я.

– А вот и они, – сказала Сетра, и мое сердце разом запрыгнуло в горло.

Я попытался сбросить Разрушитель Чар в правую ладонь, но не рассчитал, и он упал на землю. Я ощупью нашарил его, следя за взглядом Сетры. У самой кромки, в пятидесяти футах перед нами, начал мерцать воздух.

– Ну, Лойош, началось.

– Босс, это Алира и Богиня Демонов.

– Ага, верно.

– Сетра, – сказал я, – вы специально?

– Нет, – ответила Сетра, снимая руку с рукояти Ледяного Пламени.

Пока я возился с цепочкой, Алира и Богиня Демонов подошли к нам и повернулись к морю. На лице Алиры появилось выражение, которого мне еще не доводилось видеть. Неужели она действительно смотрела на это и думала о своем отце? Как она могла? С другой стороны, как она могла о нем не думать?

Однако спросила Алира совсем о другом:

– Что сказала Некромантка?