– Вы думаете, они все именно так и спланировали, Вирра? Они хотели, чтобы вы здесь появились? Прекрасно. Что с того? Сетра полагает…

– Сетра! – презрительно бросила Богиня.

Мне никогда не приходило в голову, что когда-нибудь я услышу, как кто-то скажет «Сетра» презрительно; пожалуй, это можно считать событием дня.

Маролан пожал плечами.

– Извини, если мы доставили тебе неудобства, мама, – вмешалась Алира, – но нам надоело ждать.

– Речь не идет о неудобствах, моя дорогая. Просто вы позволили им заманить меня сюда, где дженойны могут со мной покончить.

– Большую часть дня, – заявил Маролан. Несколько мгновений я смотрел на Маролана, пытаясь понять, какое отношение имеют его слова к происходящему, но потом решил, что это безнадежное занятие.

– Я им не позволю, – сказала Алира.

– Ты им не позволишь? – спросила Вирра.

– Совершенно верно.

– Моя дорогая Алира…

Телдра откашлялась, и все тут же повернулись к ней.

– Мы приносим наши извинения, богиня, если поступили опрометчиво. Но могу ли я попросить вас сказать, что нам следовало делать?

Богиня улыбнулась, как улыбается взрослый человек, глядя на играющего с веревочкой котенка.

– О, моя маленькая исола. Как мило. Я отвечу на твой вопрос. Во-первых, мы… – Она замолчала, глядя на что-то возникшее за спиной у Телдры, и произнесла нечто вроде: – Киранктэур!

Сначала я подумал, что это восклицание на каком-то неизвестном мне языке или что она узнала друга, невидимого для всех нас, но тут Маролан сказал:

– Да. Или треллан-камень, если вы не возражаете; именно под таким именем он нам известен.

– Как он мог сюда попасть?

– При участии Влада, который воспользовался старой молитвой, – ответил Маролан, что, если вы не заметили сами, не имело ни малейшего смысла.

Однако Вирру вполне устроило нелогичное объяснение Маролана.

– Понятно, – задумчиво проговорила она.

Я взглянул в ее лицо со слегка скошенным лбом, и у меня неожиданно возникла мысль: она напугана.

Я понял, что сейчас прошепчу: «Дорогая Вирра, защити нас». Но вовремя опомнился. Богиня бросила на меня короткий взгляд, в уголках ее рта промелькнула улыбка, потом она вновь повернулась к треллан-камню.

– Так что же сказала Сетра?

Маролан открыл рот, покачал головой и наконец проговорил:

– В ее словах содержалась теория ведения военных действий.

– И неудивительно, – проворчала Богиня.

– Вывод состоит примерно в следующем: легче всего опровергнуть сложные планы врага, и нам не следует бояться, что мы попадем в ловушку.

– Ага. Что еще?

– Она напомнила, что дженойнов можно убить.

– Как и всех нас. Маролан пожал плечами.

– Я никогда не любил отдавать врагу инициативу.

– Как и я, – пробормотал я, заслужив быстрый взгляд Богини, которая явно обладала прекрасным слухом.

– И все же, любовь моя, – сказала Вирра, обращаясь к Маролану, – мы находимся здесь, в их мире, где они могут появиться в любой момент, так что инициативой владеют дженойны. Если маленькая Сетра так уверена в своей правоте, почему ее здесь нет?

– Мама, ты и сама прекрасно знаешь ответ на свой вопрос, – вмешалась Алира.

Вирра снисходительно улыбнулась ей:

– Возможно.

– А я не знаю, – заявил я, но на меня никто не обратил внимания.

– Более того, – продолжала Алира, – я уверена, что если ты не хотела, то не пришла бы сюда. Ты ведь не демон, которого можно вызвать и отпустить, и никто из нас, кроме разве что человека с Востока, не принимает тебя за демона.

– Могла ли я отказать своей дочери в просьбе о помощи?

Алира фыркнула:

– Легко.

Вирра рассмеялась.

– Моя дорогая дочь, ты знаешь меня совсем не так хорошо, как тебе кажется.

– У нас нет других возможностей учиться, – заявил Маролан.

И опять в его словах я не нашел ни малейшего смысла; постепенно я начал к этому привыкать.

Алира не снизошла до ответа. Богиня развела руки в стороны и отвесила Маролану преувеличенно низкий поклон.

– Хорошо, – сказала она. – Вы призвали меня, и вот я здесь. Так в чем заключается ваш план?