От глазастых казаков в небо взлетели три цветные ракеты: 'Внимание! К немцам идет подкрепление!', а еще одна указала направление. Обе пушки тут же перенесли огонь, и над бегущими к станции фигурками в фельдграу распустились пухлые ватные облачка шрапнели. 'Коса смерти' принялась собирать свой страшный урожай...

Кто-то пытался поднять белый флаг, нацепив портянку на штык Маузера, но на это просто никто не обратил внимания, вбивая просвещённых европейцев в так страстно желанную ими русскую землю.

Внезапно грохот пушек и пулемётов стих, и казачьи сотни чуть было не растерзанные германцами, начали обратно стягиваться к станции, где уже давно орудовали сводные диверсионные группы.

– Спасибо Глеб, - Анненков, тяжело сплюнул густую пыль, достал флягу и прополоскав рот снова сплюнул, и уж после жадно стал пить проливая воду на китель.
– Ух!
– Он утёр рот и широко улыбнулся, - Вовремя ты...

– А чего в лоб-то попёрлись?
– штабс-капитан стоявший у подножки вагона окинул взглядом поле бойни.

– Так у нас один шанс был. Шугануть их, и пока фрицы сопли собирают, тут уж вы и подойдёте, и в тыл им врежете. А иначе, они бы тут и бронепоезду козу устроили. Видишь, главный путь загородили?

– Да, пока их оттаскивали в сторону, много чего могли бы сделать.
– Львов кивнул.
– Тут их не меньше двух полков... было.

– Вашбродь, разрешите доложить!
– Подъехавший сотник, коротко отсалютовал командиру.
– Погибших двенадцать нижних чинов и два урядника. Раненых тридцать пять, из них тяжело - двое.

– Раненых в госпиталь, убитых в мертвецкий вагон и посмотри там, может кого заменить.
– Анненков посмотрел на солдат из взвода трофейщиков споро таскающих ящики с боеприпасами, и ревизующих отбитые пулемёты и покачал головой.
– Глеб, мы с тобой породили монстров. Ты посмотри на этих боевых хомячков, они же сейчас начнут отрывать обшивку с вагонов. - А вдруг пригодится?
– Львов рассмеялся, - Нет уж. Видели глазки, что покупали -теперь хоть ешьте, хоть повылазьте.