– Благодарю вас, господин, – сказал Савн. – У вас есть еще поручения?

– Нет-нет. Беги домой. И постарайся ни о чем не беспокоиться.

– Я не буду, господин.

Он вышел в теплый осенний вечер и поспешил в город, сожалея, что не может телепортироваться.

Вот было бы здорово, подумал он. Вместо того чтобы тратить время, добираясь из одного места в другое, я мог бы заниматься чем-нибудь интересным.

Савн задумался о том, удастся ли ему убедить Влада показать ему, как это делается. Наверное, нет. Скорее всего телепортация – дело непростое.

Довольно быстро он добрался до таверны и, к некоторому удивлению, обнаружил Влада, который не торопясь пил вино, наблюдая за дверью. Казалось, он ждал Савна – улыбка, которая возникла на лице человека с Востока, – явилась тому подтверждением. В зале находились трое или четверо знакомых Савна, но он не собирался с ними разговаривать.

Он уселся за стол человека с Востока и пожелал ему доброго дня, а Влад в ответ предложил угостить его кружкой эля. Савн согласился. Влад подозвал Тэма, и Савн не мог не обратить внимания на неодобрительный взгляд, который тот на него бросил, поставив эль на стол. Однако Савн вдруг понял, что ему все равно.

Когда Тэм вернулся на свое место за стойкой, Савн сказал:

– Я весь день думал о вчерашнем уроке. Вы можете показать мне что-нибудь еще?

– Конечно, – ответил Влад. – Но ты уверен, что хочешь, чтобы нас видели вместе?

– А почему нет?

– Разве ты не заметил взгляды, которые на тебя бросают?

– Да, заметил, – кивнул Савн. – Кое-кто смотрел на меня искоса, когда я приходил сюда с сестрой. Но почему?

– Потому что ты со мной.

– А им какое дело?

– Я человек с Востока, а еще они подозревают, что я имею отношение к смерти Рейнса.

– Ага. Но вы ведь не имеете, правда?

– Я уже начал сомневаться, – заявил Влад. Савн удивленно уставился на него:

– Что вы хотите сказать?

– Нет, я его не убивал, – ответил Влад. – Но из этого еще не следует, что я не имею отношения к его смерти.

– Не понимаю.

– Я не верю в совпадения.

– Мне бы очень хотелось, – медленно проговорил Савн, – чтобы господин Ваг выяснил причину смерти Рейнса.

– Твоего учителя постигла неудача?

Савн вспомнил о намерениях господин Вага продолжать расследование, однако кивнул:

– Да, он не может определить причину смерти Рейнса.

– А я могу.

Савн вытаращил на него глаза: – Что?

– Я знаю, что его убило.

– Откуда?

– Потому что господина Вага постигла неудача. Ничего другого мне знать не требуется.

– Ну и что же убило Рейнса?

– Волшебство.

Савн покачал головой:

– Господин Ваг сказал, что волшебство оставляет следы.

– Конечно, если воспользоваться каким-нибудь очевидным заклинанием – ну, скажем, заставить сердце остановиться, или вызвать кровоизлияние, или нанести видимое ранение.

– В таком случае, что же произошло с Рейнсом?

– Ты представляешь, что такое некромантия?

– Ну, не совсем.

– Некромантия есть волшебство смерти – речь идет о силах, которые высвобождаются, когда умирает живое существо. Кто-то ищет способы обмануть смерть, продлить или имитировать жизнь, они пытаются стереть границу между жизнью и смертью. Кто-то исследует душу, продолжающую жить после смерти тела, и места, в которые она отправляется, что приводит к изучению иных миров, до которых нам, простым смертным, невозможно добраться. А еще они изучают тех, кто их населяет – богов и демонов, – а также силы, управляющие мирами, где жизнь встречается с нежизнью, где реальность лишь каприз, а Истина пляшет, повинуясь ударам барабана желания, где…

– Я не понимаю.

– Извини. Я заговорился. Все дело в том, что искусный некромант способен отправить душу в лимбо, ничего не предпринимая для того, чтобы убить данного человека.

– И тогда человек умирает?

– Обычно да.

– Обычно? А в остальных случаях?

– Давай не будем об этом говорить. К тому же у нас тут все ясно и просто. То, что произошло с Рейнсом, дело рук некроманта.

– А как же насчет лошади?

– При чем тут лошадь?

– Она бросилась бежать, словно чего-то испугалась.

– Что же тут удивительного. Животные очень чувствительны к волшебству. Особенно те, что лишены дара речи. – Свои последние слова Влад произнес каким-то странным тоном – словно пошутил, но смысл шутки был понятен только ему одному.

Савн обдумал слова человека с Востока и сказал:

– Но кто?..

– Лораан, естественно. Я имею в виду барона Смолклиф. Он некромант, более того, он оживил самого себя, что говорит о его искусстве некромантии. Впрочем, мне это было известно и раньше.