— Вы не понимаете! — выдохнул Зор-Эл. — Я не могу вам сказать! Да, я нашёл ответ, но этот ответ оказался ещё страшнее вопроса! Вы не захотите этого знать, Дру-Зод! Наша раса проклята! Спасение через уничтожение — это чудовищно, но это ещё ЛУЧШЕЕ, что может случиться. Альтернатива ещё ужаснее!

«Э, да у него, похоже, что-то с психикой…»

— Позвольте об этом судить другим, — мягко сказал Хан. — Один человек не может принимать решений за целую планету.

«Хотя я как раз это и делаю — но на таких, как он, подобные аргументы обычно действуют».

— Нет! Именно вам, Дру-Зод, это знание нельзя доверять в особенности! Вы — точно не устоите и обречёте Криптон на судьбу хуже смерти!

— Да вы что, жрецов наслушались?! Сколько можно говорить полунамёками? Объясните, что вы обнаружили, Ночекрыл вас задери!

— Нет. Не жрецов. Последний раз прошу вас, Дру-Зод. Прошу и как человека, и как политика. Отпустите нас. Иначе будет гораздо хуже.

— Дайте мне больше информации об этом «гораздо хуже». Чтобы я мог решить. Если я увижу реальную угрозу, я учту её.

— Вы не оставляете мне выбора, — произнёс Зор-Эл каким-то изменившимся на ходу, металлическим голосом.

Хан перешёл на ускорение… все движения и звуки вокруг стали медленными и тягучими, словно под водой… Кроме движений Зор-Эла!

Глаза учёного вспыхнули — не обычным для криптонцев красным, а слепящим сине-белым светом. Шлем Хана мгновенно затемнил светофильтры, спасая его глаза… но одновременно лишая зрения на доли секунды, пока происходила подстройка частот.

Похоже, для Зор-Эла эти доли секунды были целыми минутами. Во всяком случае удар обрушился на ослепшего Хана меньше, чем через мгновение. Страшный удар в грудь, который отшвырнул его метров на десять, впечатав в стену головой. Только эффект массы, да ещё рефлекторно напряжённые мышцы шеи спасли отца криптонской демократии от летального перелома позвоночника.

Он с трудом приподнял голову. Прозрачность восстановилась как раз вовремя, чтобы показать ему последний акт этой драмы.

В руке у учёного был плазменный пистолет, сорванный с пояса у Зода. Простейшее аналоговое оружие, не имеющее функции распознавания пользователя. Хан специально выбрал именно такой, чтобы лишить «Призрака-2» возможности вмешаться в беседу… И сейчас расплатился за это.

Без колебаний, всё с той же резкостью и быстротой, превосходящей даже боевое ускорение воина, Зор-Эл сделал два выстрела. Первый — в голову Алуре. Второй, даже не посмотрев, что осталось от его любимой жены — себе в висок.

Всё-таки криптонских воинов делали с огромным запасом прочности. Не зря Хан их «меднолобыми» обозвал — обычный землянин после такого удара несколько дней лежал бы с сотрясением мозга, а ему оказалось достаточно хорошенько тряхнуть головой и помассировать шею, чтобы всё встало на свои места.

Хан раздражённо тряхнул головой. Он, конечно, предполагал, что Зор-Эла постараются устранить, как нежеланного свидетеля… но что учёный САМ выступит пособником своего убийства, да ещё и жену не пожалеет…

Да и вообще сама затея была идиотской. Удар по голове как следует поставил ему мозги на место. Какой смысл был прятаться от «Призрака-2»? В любом случае, вне криптонской техносферы он постоянно находиться не сможет. И его подозреваемые — тоже. Так что смысл всей этой затеи с непрослушиваемой комнатой сводился только к тому, чтобы выиграть немного времени… ну и заодно к совершенно детскому желанию утереть этому всезнайке нос.

Стоит признать, его обыграли по всем фронтам. Кроме одного… зато очень, очень важного.

Но чтобы порадоваться своей предусмотрительности, у него тогда не было времени. Пришлось сильно поторопиться.

— В кристаллические оковы! Обоих! — рявкнул он. — Режим полной фиксации!

Фаора сильно удивилась, но приказ всё же исполнила. Мгновенно выросшие из небольшого зародыша, путы прочнее алмаза связали обоих Элов по рукам и ногам, одновременно прирастя к полу. В то же время Хан вернул себе свой пистолет.

И вовремя. Прошло ещё секунды три, и глаза Зор-Эла снова вспыхнули слепящим огнём. Он рванулся с такой силой, что содрогнулось всё здание! Оковам пришлось увеличить толщину, чтобы сдержать его. Хан поспешно врубил режим экстремального контроля — путы, которые удерживали Завершителя. Кандалы превратились в сплошную прозрачную «каплю», в которой пленник увязал, как муха в янтаре. И эта капля медленно погружалась в пол.

Разумеется, такой сложный режим уже невозможен без энергетической и информационной поддержки глобальной сети, так что пришлось плюнуть на цифровую изоляцию здания. Дело не только в том, что требовалась дополнительная масса и новые экранирующие поля. Кокон ещё и должен был поддерживать жизнь Зор-Эла — поскольку нормальные криптонцы без кислорода долго не живут, а у той… того существа, которое сейчас находилось в клетке, могли быть и другие потребности.

Алура, между тем, никаких признаков сопротивления не проявляла. Только то, что её тело до сих пор не расплющило гравитацией, показывало, что она вообще жива. Видимо, суперменом-камикадзе в их семье был только Зор-Эл. Приложенный к груди женщины медблок подтвердил это предположение — заодно оказав ей первую помощь. Однако Хан на всякий случай выставил режим «постоянный наркоз».