— Старине Уэзерхиллу повезло, что он в тот момент ничего не передавал.

Стаси становилось зябко от одного взгляда на Билла Маккарри. На нем были одеты лишь шорты из обрезанных джинсовых брюк, тенниска с рекламой мексиканского пива и сандалии на босу ногу. Когда в то же утро его представили ей, Стаси подумала, что он больше похож на спасателя на пляже, чем на одного из лучших следователей Агентства национальной безопасности.

У него были длинные волосы, выгоревшие на солнце, потемневшая от загара под солнцем Южной Калифорнии кожа и светло-голубые глаза, широко открытые за солнечными очками в красной пластмассовой оправе. Его мысли были в равной степени заняты преследованием трейлера, перевозившего автомобили, и игрой в волейбол, в которой он обещал участвовать сегодня вечером на пляже в Марина-дель-Рей.

— Грузовик сворачивает на шоссе Харбер-Фриуэй, — сказала Стаси. — Держись так. чтобы водитель не мог тебя видеть, и мы будем следовать за ними, ориентируясь по радиосигналу от Тимоти.

— Нам следовало бы иметь лучшее прикрытие, — серьезно сказал Маккарри. — Без группы, преследующей их в автомобилях, и запасного вертолета, который мог бы заменить нас в случае неполадок с двигателем, мы можем упустить их и подвергнуть опасности Уэзерхилла.

Стаси покачала головой.

— Тимоти знает, каковы здесь ставки. Вы не знаете этого. Поверьте мне на слово, мы не можем рисковать. используя наземные машины или носясь вокруг них на вертолетах. Эти парни в грузовике настороже, они предупреждены и будут искать малейшие признаки слежки.

Внезапно голос Уэзерхилла с его техасским акцентом зазвучал в их наушниках:

— Вы там, наверху, группа «Бьюик»?

— Мы слышим тебя, Тим.

— Передавать безопасно?

— Скверные ребята проверяли машины на наличие жучков, — ответила Стаси, — но ты можешь говорить.

— У вас есть визуальный контакт?

— Временами, но мы держимся в нескольких километрах позади тебя, чтобы нас не могли заметить из кабины водителя.

— Понял.

— Не забывай вести передачу на фиксированной частоте.

— Слушаюсь, мамочка, — игриво ответил Уэзерхилл. — Я сейчас выберусь из этой духовки и примусь за дело.

— Поддерживай с нами связь.

— Будет сделано. Я не собираюсь убегать от вас.

Убрав фальшивую панель из-под заднего сиденья и выпрямившись из скрюченной позы, в которой он долго лежал, Уэзерхилл прополз в закрытый багажник третьего седана «Мурмото», погруженного в трейлер. Он открыл замок багажника изнутри и поднял крышку. Затем он вылез наружу, встал и потянулся, распрямляя затекшие суставы.

Уэзерхилл томился в скрюченной позе почти четыре часа после того, как специальная группа таможенников помогла спрятать его в машине перед появлением Фурукавы и трейлера. Солнечные лучи, падающие прямо на крышу, и отсутствие вентиляции — окна нельзя было даже разбить, чтобы не вызвать подозрения у водителей грузовика, — все это заставило его обливаться потом. Он никогда не думал прежде, что запах новой машины может быть таким противным.

Внутри трейлера было темно. Он достал фонарик из сумки, прикрепленной к ремню неприметного комбинезона автомеханика, в который он был одет, и обвел лучом автомобили, закрепощенные в трейлере. Два из них находились на полу трейлера, два других — на втором ярусе, прямо над ним.

Поскольку грузовик ехал пока по ровному калифорнийскому шоссе и трейлер почти не трясло, он решил сначала обследовать те два автомобиля, что находились наверху. Он залез на второй ярус и тихо открыл капот машины, стоявшей ближе к кабине водителей.

Затем он достал из сумки маленький детектор радиоактивности и стал следить за его показаниями, водя им вокруг компрессора автомобильного кондиционера.

Он записал показания на тыльной стороне ладони. Затем он разложил на крыле машины набор небольших инструментов. Он немного подождал и начал разговаривать по радио.

— Хелло, группа «Бьюик».

— Вас слышу, — ответила Стаси.

— Начинаю обследование.

— Не поскользнись и не порежь артерию.

— Не беспокойся.

— Будем ждать вестей от тебя.

За пятнадцать минут Уэзерхилл разобрал корпус компрессора и изучил бомбу. Он был слегка разочарован. Конструкция не была столь совершенной, как он ожидал. Хитроумно, конечно, но он мог бы и сам соорудить более эффективное и разрушительное ядерное устройство.

Он замер, услыша шипенье сжатого воздуха в тормозных цилиндрах, и почувствовал, что грузовик сбавил ход. Но машина лишь притормозила на наклонной эстакаде транспортной развязки, сворачивая на другое шоссе, и вскоре снова набрала скорость. Уэзерхилл снова собрал компрессор и вызвал Стаси.

— Не отстали? — коротко спросил он.

— Мы здесь, — ответила Стаси.

— Где я?

— Проезжаешь через Уэст-Ковину. Направляешься к Сан-Бернардино.

— Я снял деньги со счета, мне больше нечего делать в этом банке, — передал он. — На какой остановке мне следует сойти с автобуса?

— Подождите минутку, я сверюсь с расписанием, — поняла его Стаси.

Через несколько секунд она ответила:

— Здесь есть пункт взвешивания автомобилей по эту сторону границы с Индианой. Остановка на нем обязательна. Водители должны останавливаться здесь для осмотра машин. Если по какой-либо причине они свернут в сторону, мы притащим их сюда с помощью машины шерифа. Если этого не потребуется, ты будешь на пункте взвешивания через 45-50 минут.