— Не вздумай что-то делать с собой! Мира, есть средство! Тебе можно помочь. И остальным оборотням тоже. К тому же… Мира, ты еще не знаешь, но у тебя будет дочка. У вас с Камилем будет ребенок. Не смей умирать!

— Чт-то, — вслух прошептала она, запнувшись на ходу.

— Дождись меня. Все будет хорошо. И молчи о нашем разговоре. Верь мне, прошу тебя. Мы с Ольдом и Фаней не вынесем, если ты погибнешь.

Солнце почти скрылось за горизонтом. К Мире подошел невысокий крупный мужчина, завернутый в шкуры, и положил руку на плечо.

— Пора. Мне очень жаль. — Тихо проговорил он. — Пойдем. Нужно сбросить шкуры в телегу до того, как…

Договаривать он не стал. Женщина покорно поплелась к стоящей в отдалении телеге и начала стаскивать с себя шкуры, оставаясь обнаженной. Дарий не смог заставить себя смотреть на ее превращение. Отпустив нить, он вернулся в свое тело. Два заката, две страдающих от скверны души. Почему мир так жесток?

Он очнулся и обнаружил, что лежит на той самой соломенной постели, которую приготавливал для Ольда. Над ним обеспокоенно склонилась Айна, стараясь рассмотреть хоть какие-то перемены в бесчувственно лежащем теле.

— Ну что? — Донесся гудящий бас Ольда.

— Кажется, вернулся, — облегченно вздохнула целительница. — Почему так долго?

Парень не без труда разлепил веки. Только сейчас он ощутил, как измотало его это путешествие. Кряхтя, он поднялся на локтях и принял сидячее положение.

— Они живы. — Услышав синхронный вздох облегчения, Дарий печально покачал головой. — Это не все новости. Есть и плохие.

Рассказывая обо всем, что произошло, громовой волк видел, как меняется в лице Айна, как опускаются от отчаяния плечи Ольда… И сам старательно заковывал внутри себя собственную боль при помощи медитации.

— Когда? — Шепотом спросил сын кузнеца, не поднимая глаз от дощатого пола. Дарий сразу понял, что именно он хочет знать.

— Через два дня. На рассвете третьего выступаем.

— Я буду готов.

Парень только молча положил руку на плечо друга. Все слова сейчас были лишними.

Обряд прощания прошел тихо и печально. Не было слез, не было громких воспоминаний о погибших. Потому что этих людей предавали огню, в то время как их живые семьи и друзья оказались слишком далеко, и вспомнить что-то из жизни покойных было просто некому. Не смотря на жестокое сопротивление со стороны барона Реннского, ради такого события нашедшего время связаться с громовым волком лично, Дарий приказал хоронить тела гвардейцев вместе с жителями. Через своеобразную связь это видел Тайрин, находившийся сейчас в заключении в столице. Командор был благодарен этому жесту уважения и растрогался едва ли не до слез. Проследив отсутствующим взглядом, как маги развеивают по ветру оставшийся от сожжения прах, Дарий извинился и вернулся в кузницу. В тот вечер выудить его оттуда так никто больше и не смог.

Дверь скрипнула, впуская в мрачную кузницу дневной свет. Неужели уже прошла ночь? На пороге показалась от чего-то сильно уставшая Айна с подносом в руках.

— Тебе нужно поесть. Сколько времени ты без еды, Дарий?

— Спасибо, Айна, — отложил в сторону молот громовой волк.

Он сгреб с грубо сколоченного стола чертежи и мелкие инструменты, сполоснул руки и уселся на трехногий табурет. Целительница поставила перед ним поднос с горячей кашей и жилистыми кусочками мяса.

— Присоединяйся, — предложил Дарий. — Ты выглядишь измученной.

— Я уже ела, — мотнула головой девушка. — Ты опять не спал. Как ты собираешься отправляться в погоню за ларанцами, если будешь падать с ног от усталости?

— Почти закончил, — вымученно улыбнулся он в ответ. — Еще немного. Потом обязательно отдохну.

Девушка подошла к еще одному столу, на котором лежала отложенная на время заготовка. Айна внимательно рассмотрела хищное, чуть изогнутое лезвие без рукояти. Будущий клинок завораживал. Ее магические чувства говорили, что он живой, и это было еще более удивительно.

— Потрясающе, — прошептала она, касаясь пальцем живой стали.

— Не трогай! — вскочил Дарий, но было поздно.

Целительница с криком отдернула руку. От большого пальца через всю ладонь пролег глубокий кровоточащий порез. Она стала быстро накладывать одно исцеляющее заклятье за другим, но с изумлением осознала, что ничего не помогает. Рана и не собиралась заживать! Громовой волк схватил ее за запястье, осмотрел порез и сразу сообразил, в чем дело.

— Дайши! — гневно рыкнул он в сторону заготовки. Лезвие в ответ чуть дрогнуло и снова замерло на месте. — Попробуй залечиться теперь.

В этот раз все заклинания подействовали, как им и полагается.

— Как? — изумленно расширились глаза девушки.

— Он еще не завершен, потому ошибся. Хотя, ты смогла решить одну проблему. Прежде чем продолжать, меч нужно было напоить кровью. Моя, к сожалению, ему не подходила. Но впредь никогда не трогай чужое оружие! Даже, если оно еще не закончено.

— Я не это хотела спросить… Как вообще можно выковать нечто подобное?

— Не спрашивай — все равно не смогу объяснить, — проговорил он, возвращаясь к еде.