Семьи Лусеро, Кохубуль и Айук Гайтан в полном составе проводили в последний путь Лестера Мида — под этим именем они его знали — и Лиленд Фостер. На тех же носилках, на каких они прибыли в «Семирамиду», их, завернутых в белые саваны, доставили к поезду. Из-под одного покрова выбилась наружу прядь волос цвета тусклого золота. Поезд медленно и бесшумно набирал ход, катясь мимо кладбища банановых деревьев, вырванных с корнем, расщепленных, расколотых.

КОММЕНТАРИИ

УРАГАН

«Ураган» — первый роман «банановой трилогии» Мигеля Анхеля Астуриаса. Работа над этим произведением была завершена в 1950 году, то есть за шесть лет до того, как не стихия природы, а буря народного восстания обрушилась на беззакония, творимые всесильной американской монополией. Перефразируя слова одного из героев, можно сказать, что пришел наконец час Человека, ураган поднялся снизу, как вопль протеста, чтобы смести эксплуататоров всех мастей. Смысл названия, казалось бы, ясен. И тем не менее не все так просто, как видится на первый взгляд. На испанском языке роман назван «Viento fuerte», что в буквальном переводе означает «Сильный ветер». Именно это словосочетание употребляет Астуриас на всем протяжении описываемых событий вплоть до заключительной, кульминационной сцены, когда колдун Эрменехило Пуак обращается за помощью к почитаемому индейцами майя-киче божеству «Сердцу небес», одноногому покровителю молний и ветров Урагану (Хуракану). Еще в XVI веке имя этого представителя пантеона вошло в испанский язык, а затем стало привычным и в речи европейцев. В русский язык оно перекочевало, очевидно, из французского. В настоящее время слово «ураган» во всем мире стало обозначать те природные явления, покровителем которых считался древний гватемальский Хуракан.

Астуриас мастерски использует великолепно разработанный и широко применявшийся жрецами городов-государств майя прием: насыщение произведения литературы или искусства многотипной и разноплановой символикой, способной создавать как бы второй, параллельный сюжетно-информативный пласт. Именно эта индейская традиция сочетания символа и реальности послужила одним из истоков формирования литературного течения, известного как «магический реализм».

notes

Примечания

1

1. Агуакате — одна из древних культур тропической и субтропической Америки, очень большое дерево с плодами, похожими на тыкву.

2

2. Моронгас — кровяные колбаски.

3

3. Чайоте — растение семейства тыквенных.

4

4. Юка — корне-клубневые растения семейства молочайных из рода маниок. Не следует путать с юккой — растением из семейства агавовых.

5

5. Фасолевые пирожки — традиционное блюдо гватемальцев: растертая фасоль с сахаром заворачивается в массу из растертого платано (разновидность крупного банана). Готовый «пирожок» обжаривается, иногда посыпается сахарной пудрой. Чешский путешественник Норман Фрид, автор книги «Улыбающаяся Гватемала», в частности, пишет о бананах: «Их тут неограниченное количество, любого размера. Некоторые — с мизинец, другие — как рука по локоть; одни сладкие как конфета, а другие мучнистые, пресные, они годятся и для того, чтобы испечь их, и как приправа к соленым блюдам…»

6

6. Мачете — длинный (ок. 50 см) тяжелый нож, используемый на различных сельскохозяйственных работах.

7

7. Сенсонтли — маленькие певчие птички, похожие на дроздов, распространены в Центральной Америке. В древних песнопениях упоминание о присутствии сенсонтля во время праздничных церемоний было почти обязательным.

8

8. …кусочек распятия из Эскипулас… — Эскипулас — город на востоке Гватемалы. В храме, сооруженном в этом городе, находится знаменитое распятие из эбенового дерева (черного цвета).

9

9. …прыгая через костер в Иванову ночь… — Имеется в виду праздник, отмечающийся 7 декабря и называющийся чаще «день костров».

10

10. …несколько стручков ванили… — Ваниль — продукт, чрезвычайно ценившийся еще в древней Америке. Натуральный ванилин добывается из незрелых плодов-стручков одной из разновидностей орхидей, родина которых Гватемала и юг Мексики.

11

11. Он — впереди, она — сзади, пересекли они город… — Астуриас, характеризуя молодую пару, не случайно отмечает, что жена шла позади мужа. Традиционное поведение индейской женщины подчиняется множеству строгих правил, невыполнение которых расценивается как нарушение норм жизни. Поэтому жена, даже будучи подчас фактической главой семьи и командуя мужем, все же непременно должна идти несколько позади своего супруга и не смотреть по сторонам. В общинах иногда продолжают сохраняться обычаи, которые описал еще в XVI веке Диего де Ланда: «Они (женщины — Г. Е.) имели обычай поворачиваться спиной к мужчинам, когда их встречали в какомлибо месте, и уступать дорогу, чтобы дать им пройти…» Матери строго следили за воспитанием дочерей: «…если они видят их поднимающими глаза, они сильно бранят и смазывают глаза перцем, что очень больно; если они не скромны, они бьют их…»