А. Брем в своей известной книге "Жизнь животных" писал: "В общем тигр довольно нехраброе животное; он не только осторожен и робок, но даже прямо труслив, хотя и принадлежит к числу самых хитрых и коварных хищников. Встречаясь с человеком в первый раз, тигр всегда отступает". Глубоко ошибался Брем: осторожность и трусость - разные понятия. Трус не способен вести себя с таким горделивым достоинством, даже высокомерием, какие характерны для тигра.

Тигр довольно чистоплотен, он постоянно ухаживает за своей кожей, облизывает волосы, лапы. И все же он издает очень сильный характерный запах хищника. Лошадь его чует за несколько сотен метров и дикие копытные тоже. Хорошо зная эту свою слабость, тигр при поиске и скрадывании добычи стремится зайти с подветренной стороны. Но такая повадка вырабатывается у него с годами: приходилось неоднократно убеждаться, разбирая следы, что молодые тигры далеко не всегда используют ветер в свою пользу.

Тигры, по крайней мере амурские, - звери далеко не столь крикливые, как львы. Лишь в гон они ревут, особенно часто и азартно самки, еще не нашедшие себе брачного партнера. Рев громкий, протяжный и жуткий, заканчивающийся несколькими короткими звуками. Обозленный тигр рычит глухо и хрипло, а в ярости издает характерный кашляющий рык. Передать рев тигра довольно трудно, приблизительно это похоже на сочетание "у-ааа-унг", "унг-унг-вааа-нг", "уу-ааа", "ун-ун".

Довольный, умиротворенный тигр "в своей компании" мурлычит почти как кошка, но значительно громче. В испуге глухо ухает. При желанной встрече издает звук "уфф", что на тигрином языке означает приветствие.

Своеобразный индикатор настроения тигра, как и других представителей семейств кошачьих и собачьих, - хвост. В спокойном состоянии он занимает нейтральное положение - приспущен, а конец плавно загнут кверху. Интересуясь чем-то, зверь его приподнимает, довольный - ставит дугой или свечой, при этом о приятное ему существо трется головой - совсем, как домашняя кошка. Чем-то сильно заинтересовавшийся тигр начинает извивать кончик хвоста в горизонтальной плоскости, а перед нападением - в вертикальной. В ярости хлещет хвостом о землю, снег, о свои бока, а в атакующем броске жестко напрягшийся хвост описывает круги или просто приподнимается дугой кверху. При резких поворотах хвост служит как бы рулем или балансиром.

Мне думается, обруби тигру хвост "под корень" - зверь немало потеряет в своей ловкости и стремительности.

Амурский тигр охотится и добывает животных без шума, хотя его южные собратья довольно часто ревут, наводя ужас на все живое в округе. Н. А. Байков рассказывает, ч-то и амурский тигр в прежнее время ревел частенько. Возможно, у современного тигра повадки в этом отношении не те, что были у владык джунглей в прошлом, и изменил он их в последние полвека. Мне довелось подолгу бывать в самых тигриных местах дальневосточной тайги и походить по следам хищника немало, но тигриный рев я слышал не часто. Приходилось случайно подходить к тигру на лежке у добычи, и он уходил молча, сходился я на таежной звериной тропе с тигрицей, шедшей навстречу с тигрятами, и она, уклоняясь от встречи, не ревела, не рыкала, не "кашляла".

Л. Г. Капланов, Г. Ф. Бромлей и другие зоологи, работавшие в заповедниках Приморья, тоже рассказывают, что им доводилось очень часто обнаруживать свежие следы жизнедеятельности тигра, в том числе и следы его жертвы, но голоса его они не слышали.

Где и как тигр живет

Тигр заселяет угодья, богатые его потенциальными жертвами и имеющие места укрытий. Это тропические джунгли и тростниковые заросли, лесистые горы и заросшие кустарниками низменности, хвойно-широколиственные и дубовые леса, тугаи и приречные луга, отдаленные от людей леса и окрестности населенных пунктов. Ведут тигры в основном оседлый образ жизни, подолгу, а нередко и всю жизнь придерживаясь своего индивидуального участка. Бродяжничество больше свойственно единичным особям, преимущественно самцам. Покидают свои участки звери, как правило, при "ненормальных" условиях, в том числе и при усиленном преследовании человеком.

В Якутском краеведческом музее стоит чучело тигра, добытого в ноябре 1905 г. на Алдане. Из четырех охотников, преследовавших этого хищника, один был им растерзан, другой изувечен, а оставшиеся в живых братья Захаровы рассказали орнитологу В. Д. Яхонтову о столь необычной встрече, и ее следует считать совершенно достоверной, хотя как-то не укладывается в голове, зачем понадобилось тигру упорно преодолевать такие громадные, совершенно чуждые ему просторы с бесконечными однообразными лиственничниками да моховыми марями и все к северу да к северу, чтобы, наконец, найти на Алдане свою смерть.

Лишь в исключительных случаях тигры могут совершать большие переходы. Такое обычно случается после очень многоснежных зим, особенно при неурожае орехов и желудей, когда поголовье кабана снижается катастрофически, а изюбров становится гораздо меньше, чем в обычные годы. Особенно большие и довольно частые переходы туранского тигра отмечались в Средней Азии - хищники кочевали за кабанами на несколько сотен и даже тысячу километров: переходили с Амударьи на Сырдарью (по прямой 500 км!), преодолевали пустыню Кызылкум, по Амударье, Сырдарье и Или перемешались от верховьев к устью на многие сотни километров. Иногда неожиданно встречали тигров вдали от их коренных мест обитания - у Оренбурга, на Иртыше и Оби, у Байкала или Якутска. Это еще раз свидетельствует о том, что тигр - прекрасный ходок и, хотя ходить не любит, при нужде может пройти значительное расстояние.

Дальние переходы обычно свойственны одиночным тиграм и редко имеют определенное направление. Очень редко хищники совершают и дружные перемещения, имеющие характер миграций. О них упоминает В. К. Арсеньев, которому Дерсу Узала рассказывал, что "лет двадцать тому назад две зимы подряд тигры двигались от запада к востоку". Заметил это не только он, но и другие охотники - все тигриные следы шли в этом направлении. По мнению Дерсу Узала, это был массовый переход тигров из Сунгарийского края в Сихотэ-Алинь. Л. Г. Капланов тоже упоминал о миграции тигра в Сихотэ-Алинь с запада в 1913 г. Очевидно такое же было и в зиму 1964/65 г., когда неоднократно отмечались переходы из сопредельных провинций Китая в Сихотэ-Алинь по Газимурскому хребту (ныне хр. Стрельникова) и на юго-запад Приморья через хребет Пограничный, Борисовское плато и Черные горы. Эти односторонние переходы в значительной мере обусловили резкий подъем численности тигра в Уссурийском крае в середине 60-х годов. Впрочем, все-таки, вероятно, многими, если не всеми тиграми и особенно самцами, имеющими свои участки обитания, изредка овладевает желание побродить, попутешествовать, даже если к этому и нет объективных причин. Этим можно отчасти объяснить неожиданные появления тигров в местах, где ранее они не появлялись или во всяком случае постоянно не жили.