Все-таки природа взяла свое. Не выдержал подхода остальной "банды", рыкнув, прыгнул, выцеливая ухватить зубами шею. Молодое тело в самый последний момент отклонилось в строну, рука приняла шею животного в мертвый захват еще в полете. Голову собаки зажал предплечьем в замок, который часто используется как прием в единоборствах. Предплечьем сдавил шею, повалился сверху на горячую, распаленную бегом животину, прижал к земле, кистью руки уцепился в предплечье второй руки. Второй рукой в это время, что есть силы, надавил на череп в направлении первого предплечья. Давил, давил, давил дергавшееся в судорогах животное пока не осознал, что задушил его. Бежать! Бежать пока не появились собратья болдыря! А дыхалка сбита. Куда с такой убежишь? Можно сказать, поплелся в низину, приводя себя в порядок и убыстряя шаг. Оцарапанный бок конвульсиями задних ног болдыря, засаднил тупой болью. Ну, вот, еще и это!

Далеко не ушел. Успел на ходу подхватить с земли сучковатую палку, по виду крепкую, принесенную в это место весенним половодьем при таянии снега. Сойдет!

Позади себя в последний момент услышал глухой мягкий топот, обернувшись на три четверти, резко присел, принял низкую боевую стойку в шаге. Дубина, как бита вмазала сучком в черепушку животного, калеча и отбрасывая, сметая тушу килограмм в пятьдесят с гаком в сторону, при этом не выдерживая ударной нагрузки, с треском ломаясь и сама. При нападении собаки хороши все подручные средства. Как и в борьбе с человеком, можно использовать камни, палки, землю, песок. Напарнице, следовавшей позади, повезло еще меньше. Двигаясь максимально быстро, чтобы собака не успела вцепиться в конечности, сунул в раскрытую пасть обломок сломанного орудия защиты, насадив животное как на вертел. Не обращая внимание на последствия и скулеж, побежал дальше, помня только о том, что не все еще кончилось.

Свора подловила его в двух десятках метров от берега одного из притоков Донца. Ну, еще бы капля форы, и он бы успел. Но не случилось! Прокладывая дорогу к воде, стал действовать так же, как и против людей - бить локтями, коленями, ребрами ладоней, ступнями, кулаками и предплечьями. Крушил черепа, позвоночники, собачьи носы, толкаясь сбивал с ног. Удары сочетал с захватывающими и удушающими приемами. Оторвав от земли самую мелкую шавку, с размаху приложил головой о попавшиеся прибрежные камни, дальше использовал ее тушку как щит и биту. На укусы внимания не обращал. Добравшись до воды, с разгону плюхнулся в холодную быстрину, при этом уволок за собой еще двух клыкастиков, утопил их. На берегу осталось на ногах только две собаки. Отбежав на более безопасное расстояние, они в один голос затянули печальную песнь, срываясь на одну ноту.

Встав по пояс в воде, окликнул выживших "охотников":

– Что, падаль, не ожидали торжественной встречи? Это вам не простых смердов травить! А ну, идите сюда!

Он двинулся к берегу, выходя на влажный песок, свистом попробовал подманить собак. Псы порскнули в разные стороны, отказываясь от предложенного налаживания отношений, но вскоре оба с разных сторон, ощетинившись, слегка подрыкивая, сторожким шагом пошли на него.

– Вот это молодцы! Вот это я понимаю! Ну! Давай же! Кто первый?

Первого кабеля перебросил через себя в речку, и пока тот барахтался в воде, растоптал суку - упав на ее спину коленями, сдавливая в захвате рывками ее шею. Довершив все дело тем, что в реке утопил последнего противника. По течению поплыл по реке, на случай если насельники усадьбы захотят стать на его след. Все тело ломило и болело, но особых ран на нем он не ощущал, а прохлада воды скрадывала покусы. Нужно было решать, как выбираться из этих гиблых мест.

– 14-

Если к гостям относиться,

как к членам семьи, они

не засиживаются.

Г. Амурова

Холод воды заставил его искать убежища на берегу. Завидев песчаный пляжик на левом бережке, за которым все пространство поросло кустарником и ивняком, а дальше вверх неравномерно лезли меловые кручи, он саженками стал загребать туда. Когда ноги встали на песок, а вода по грудь, отдышался, двинулся к песчаной заводи.

– Ха-ха-ха!
– многоголосый, переливчатый девичий смех разнесся над водной гладью.

Заполошно поднял глаза. Что еще за напасть такая готова свалиться на его голову? Увидел как на ивовых деревьях, уцепившись за гибкие ветви, сидят и раскачиваются молодые, стройные женщины, соблазнительно хорошенькие, полногрудые, похоже сестры, все как на подбор с зелёными глазами. Длинные распущенные волосы светлого цвета ниспадали у кого на нагое тело, а кому на просторные рубахи, без опояски. У трех девиц голову покрывали венки из цветов и трав, смотревшиеся на них богатыми уборами.

Не успел и глазом моргнуть, как добрая половина прелестниц грациозно нырнула в течение реки, а вынырнув, хихикая, закружилась хороводом, взяв его в кольцо, при этом напевая восхитительными и заманчивыми голосами, демонстрируя вблизи превосходные груди и гладкую кожу.

В холодной воде мужская плоть вставать не торопилась, наоборот, зубы отстукивали чечетку, а в голове зрела мысль о том, что ежели его еще минут десять промурыжат в воде, насморк ему обеспечен.

– Как зовут тебя, молодец?
– перекрывая хор хоровода, задала вопрос сидевшая на ветви красавица с покрытой венком головой.