Вот так. Мы тут уже совсем ничего не решаем: брат Лёша приехал, а потом захотел отправиться домой. Хорошо, хоть так, а не в мешке, в углу багажника.

— А вы, чего стали столбом? — в мелодичном голосе прозвучало усталое раздражение, — ждёте план эвакуации? Поднимайтесь наверх.

Когда-то я подрабатывал в строительной фирме, поэтому мог оценить материал ступеней, перил и стен. Никаким сраным ясенем или ольхой здесь и не пахло — одна лестница стоила дороже всей нашей квартиры. Когда я попытался шепнуть об этом Лильке, она назвала меня тупым мужланом и ткнув пальцем в какую-то ужасную мазню, висевшую на стенах, помянула оригиналы, то ли Мука, то ли Мунка, хрен его разберёт. Не знаю, мне кажется, я в детстве лучше рисовал, но выпускнику школы искусств виднее.

Там, где обе лестницы сходились в небольшой балкончик, висела портретная группа: молодой черноусый мужчина в тёмном френче и котелке чопорно держал за руку девушку, подозрительно похожую на нашу спасительницу. На заднем плане, сквозь густой туман, проступали смутные очертания какого-то здания, напоминающего Лондонский Тауэр.

— Родственница? — предположил я, но Лилька лишь отмахнулась.

— Новодел, — пояснила она, — сейчас это, типа, тренд сезона: богатеи заказывают картины, где они в роли пришельцев из прошлого. Ну и повалили всякие гладиаторы, жрицы и принцессы. В основном — дешёвка, барахло, но этот — очень хороший, практически не отличить от оригинальной старины.

— Вы идёте или вас силой загонять? — теперь в голосе прозвучало раздражение, — сколько проблем из-за парочки…

Последнее слово оказалось неразборчивым, но прозвучало, как ругательство. «Насяльника» сердится.

Когда мы вошли в комнату, куда нас так настойчиво приглашали, стало ясно, почему в доме нет окон. Весь второй этаж был одно огромное окно и даже крыша оказалась прозрачной, открывая вид на тёмные пятна облаков, плывущих по звёздному небу. Видимо, какое-то поляризованное стекло. Отсюда можно было разглядеть сияющий разноцветными огнями бассейн, аккуратный садик с фонариками, вдоль белых дорожек, парочку крошечных беседок и спуск под землю, куда сейчас медленно съезжала длинноносая зверюга Мины.

Чёрт, здесь оказалось прикольно! Внутри — тоже.

Два небольших кожаных диванчика прижались к овальному столику в самом центре исполинской комнаты. Это, да ещё барная стойка около входа — вот и всё. Деревянный пол тускло бликовал, отражая свет, падающий с улицы, и в этом скудном освещении, Мина, колдовавшая над зловещим чёрным агрегатом кофейной машины, казалась призраком.

— Садитесь, — она кивнула в сторону диванчиков и как-то, по-особенному, щёлкнула пальцами, — будем разговоры разговаривать.

Окна исчезли. Теперь нас окружали белые стены, с изображениями волков, львов и других хищников, сияющих блеклым фиолетовым светом. Вот это да! А мы на плазму год деньги собирали. Пойти и застрелиться.

Когда Мина поставила на стол крошечные чашки, дымящиеся чем-то невероятно ароматным, я тут же потянул свою к себе. На фиг, на фиг! Я тоже хочу кофе.

Мы расположились на одном диване, а хозяйка присела на другой, задумчиво разглядывая нас и прикладываясь пухлыми губками к своему напёрстку. На длинной шее висел кулон с камнем алого цвета, где проступал символ, напоминающий знаки в серьгах. На каждом пальце я заметил перстень с похожим знаком, вот только все камни были разными.

— Что происходит? — не выдержала Лилька и от души хлебнула ароматный напиток, — кг-ха!

— Осторожнее, — Мина улыбнулась, — это — мой собственный рецепт кофе и в него входит множество острых специй. Поначалу непривычно, а потом — сами добавки попросите.

— И всё-таки, — решил я вернуться к интересующему нас вопросу, — какого чёрта происходит?

— Происходят неприятности. У вас, — она поставила чашку на стол и откинулась на спинку, — очень большие неприятности.

— Это мы уже заметили, — второй глоток Лиля делала намного аккуратнее.

Я тоже попробовал, ощущая, как терпкая тягучая, словно смола, жидкость вяжет рот и вулканической лавой неспешно скользит по пищеводу. Даже волосы на затылке зашевелились.

Светящиеся картинки на стенах преобразились в силуэты акул, кружащих вокруг нас. В то же мгновение уши уловили тихую мелодию, доносящуюся казалось из самого воздуха.

— Заметили? — Мина покачала головой, — всё, что вы сегодня могли заметить — это странных людей, которые по неизвестной причине хотят заполучить Лилию и очень сердятся, когда у них воруют добычу.

Странное у неё было выражение лица, словно девушка знала очень смешную шутку, но не торопилась её выкладывать. Это и ещё выражение превосходства…Ну да, будь у меня такой дом и машина!

— Как будто это не так? — я пожал плечами, — или есть большая разница в том, кто и почему хочет запихать девушку в джип посреди тёмной улицы? Итог то один…

— И почему вы решили помогать именно нам? — ну, моя спутница всегда зрит в корень проблемы, — именно нам, а не какой-нибудь Люсе, которую сейчас раздевают в гаражах, на Правом, или — Варе, у которой отжимают мобилу в «гостинках»? Мы — особенные?