— Недавно я провел эксперимент: завел роман с ледяным концентратором.

Она невинно взглянула на него.

— Кстати, о большой занозе в заднице.

— Плюс в том, что я ничуть не скучаю.

— Немного похоже на свидания со сталкером. Так какие у тебя сегодня достижения в тылу?

Раф так быстро воспрянул духом, что ляпнул, не успев подумать:

— Думаю, я нашел эту парочку из таланта и концентратора, которая пыталась вчера прикончить твоего друга Ламберта.

Глаза Орхидеи расширились:

— Правда?

— Да.

Рафу стало досадно, когда он понял, как сильно наслаждается откровенным восхищением в ее глазах.

— Это же просто чудесно! — Орхидея вскочила с кресла, села к нему на колени и обняла его за шею. — Великолепная работа. Ты и правда мастер в таких делах. Расскажи мне все.

Раф застонал, когда она поерзала, устраиваясь поудобнее. Держать Орхидею на коленях было очень приятно, но ее энтузиазм свидетельствовал о том, что, Раф, возможно, допустил серьезный просчет. С талантом и его пособником концентратором он собирался разобраться сам. Сейчас же, как он подозревал, это будет явно сопряжено с трудностями.

— Несколько минут назад звонил Свистун. Сообщил, что парочка парней, которые могут оказаться теми, кого мы ищем, работает в клубе на площади Основателей. Я… э-э… думал вечером пойти туда и посмотреть представление. Удостовериться, те ли это парни.

— Отличная идея. Когда мы туда отправимся?

— Не «мы», — осторожно поправил он. — Я.

— Я буду тебе нужна, — самодовольно заявила Орхидея, а потом вдруг нахмурилась, словно ее посетила какая-то неприятная мысль. — Мы видели этих парней только в лыжных масках. Как же мы их узнаем на сцене?

— Это как раз не проблема, — заверил Раф. — Я ведь сталкер, если помнишь. Я их узнаю.

Казино «Айси-Дайси» располагалось в одном из самых темных переулков у площади Основателей, вдалеке от яркого освещения. В обычную ночь Раф серьезно побоялся бы вести даму в эту часть города. Но сегодня на площади вовсю развернулось празднование Дня Основателей. Лабиринт пользующихся дурной репутацией закоулков и темных переулков непривычно заполняли толпы шумливых гуляк.

На углу уличная группа музыкантов играла плохой айс-рок. Из открытых дверей ближайшего синергетического секс-клуба тоже доносилась музыка. Кучки людей, наряженные в костюмы первого поколения, заполняли улицы, шатаясь от одного бара к другому.

Ведя Орхидею через бродившую толпу, Раф машинально оценивал одеяние тех, кто был вокруг. Без всякого умысла он прикидывал, вписываются ли они с Орхидеей в окружение. Инстинкты сталкера заставляли его держаться в тени и маскироваться.

Ни он, ни Орхидея не надели домотканых костюмов колонистов, в которые облачились многие праздновавшие, но Раф с удовлетворением отметил, что, по крайней мере, он сам из толпы не выделялся. В темном пиджаке, черной рубашке с открытым воротом и черных брюках он в мгновение ока мог раствориться в темноте любого ближайшего переулка.

А вот внешним видом Орхидеи он был менее доволен. Теоретически в джинсах, черной футболке и жатом блейзере она была малозаметной. Но он знал, что не смог бы пропустить ее в толпе или в каком-нибудь переулке, и опасался, что и с другими будет так же.

Раф остановил Орхидею перед фасадом казино и взглянул на афишу, извещающую о магическом представлении некоего Мистера Чудо. Афиша представляла собой полноцветный снимок смазливого красавчика с модельной внешностью. Он был одет в облегающее синее трико с блестками и подбитый красным атласом плащ с капюшоном.

Волосы фокусника беспорядочными локонами струились по плечам. Раф отметил, что артист наверняка посещает дорогую парикмахерскую. Вряд ли такой необычный оттенок белокурых волос был у мужчины от природы.

Орхидея хмыкнула и присмотрелась поближе к чему-то в центре огромного изображения. — Мистер Чудо и впрямь настоящее чудо, спору нет.

Раф понял, что ее внимание привлек огромный ком, ясно выпирающий из обтягивающих синих штанов. — Не забудь, он ведь заявлен в афише как «мастер иллюзий».

— Ты хочешь сказать, что мне не стоит верить своим глазам? — невинно спросила она.

Раф предпочел не обращать внимания на смешинки в ее глазах.

— Если помнишь, мы на работе. Хочу, чтобы ты дала честное слово, что будешь в точности выполнять то, что я тебе говорю.

— Конечно.

Чересчур бойкий ответ насторожил его.

— У нас ведь соглашение, если ты помнишь, — сказал он, толкнув стеклянную дверь в казино.

— Тихо, успокойся, ладно? Я тебе трижды обещала, что разрешу сегодня командовать. — Орхидея скосила на него взгляд. — Да что с тобой такое? Судя по голосу, ты нервничаешь.