— Теперь отдохни, Великий Вульфгар, — сказала Брэйлин успокаивающим голосом. — Мы заберем тебя домой.

Она повернулась к другим выжившим, но Вульфгар знал правду — его жизнь подходила к неизбежному концу. Он схватил ее руку и жестом попросил замолчать. Она удивленно посмотрела на него, и сдержанная улыбка была ответом на все ее вопросы.

— Проверь, живы ли остальные, — прошептал он. Каждое слово отдавалось ужасной болью в ранах, и варвара одолевала слабость.

— Они мертвы, — ответила она.

— Возвращайтесь в лагерь, — приказал он.

— Великий Вульфгар… — прошептала она, глотая слезы.

— Других будешь оплакивать, — сказал он невозмутимым голосом, и разум охватило чувство полного покоя.

Он прекрасно осознавал, что именно здесь и сейчас переживает конец своей истории, и ему было приятно думать, что он прожил достойную жизнь.

— Твой каменный курган будет самым величайшим из тех, что когда-либо создавались в Долине Ледяного Ветра, — пообещал Ильфгол. При этих словах варвар почувствовал, как повлажнели его глаза и по щекам потекли струйки слез.

Вульфгар снова посмотрел на падающий снег, который, судя по всему, обещал превратиться в сильную метель. Он понимал, что погребальный костер будет только символическим. Так же как и многие другие воины, он останется во власти зимы и безжалостных снегов Долины Ледяного Ветра.

Собрав последние силы, он протянул Клык Защитника Брэйлин.

— Он не должен достаться гоблинам, — сказал он, — так же как и народу Десяти Городов или дворфам, подарившим мне его. Он будет принадлежать только племени, только самому достойному воину.

— Брэйлин. Да будет так, — сказал Ильфгол, и Канауфа кивнула в знак согласия.

Однако Брэйлин была против.

— Он будет принадлежать Бренерсону, — убеждала она Вульфгара, и великий герой улыбнулся.

Соплеменники пожали руку варвара, затем каждый низко наклонился, чтобы поцеловать его и поблагодарить за все.

А потом они ушли, и Вульфгар позволил себе воззвать к смерти, приглашая забрать свое истерзанное тело.

И она пришла. А вместе с ней приятная и манящая музыка. Удивленный варвар не мог понять, в своей ли он находится телесной оболочке или стал духом, но тем не менее, он начал пробираться сквозь снег и слякоть. Он не чувствовал холода, не слышал ветра. Только музыку, взывающую к нему, заставляющую идти вперед, хотя не понимал ни где он, ни куда направляется.

Как и не знал, как долго брел вперед. Он только заметил, что в конце пути наступала тьма. Озадаченный варвар встал, распрямив плечи, и высоко поднял руки. Он хотел воззвать к своему богу и призвать поскорее покончить с этим и забрать его к себе, но в тот момент заметил удивительный вид, представший пред ним: густой весенний лес, и это было невероятным явлением среди зимы Долины Ледяного Ветра.

Что-то вылетело из леса и ударило варвара в грудь. Ловким движением он поймал предмет, прежде чем он коснулся земли, хотя ему пришлось пасть на колени, растрачивая последние силы.

Дрожащими пальцами он держал перед собой предмет: фигурку женщины, вырезанной из кости. Он вспомнил, что когда-то уже любовался подобной резьбой, эта фигурка была так похожа на чью-то работу, что он когда-то видел.

Слабые пальцы разжались, фигурка упала на землю. Вульфгар опустился на четвереньки. Он двигался с трудом. Несмотря на покидавшие силы, он продолжал ползти к лесу и музыке, и, добравшись наконец до цели, упал в полном изнеможении.

Музыка продолжала звучать во тьме, и Вульфгар наслаждался этими прекрасными звуками, надеясь, что они никогда не закончатся. Спустя какое-то время он открыл глаза — и не мог понять, как долго пролежал в снегу.

— Всю зиму? — спросил себя он, поскольку ощущал тепло и запах цветов, наполняющий воздух.

Колени не болели. Раны на животе зажили. Дыхание было сильным.

Вульфгар поднялся на колени, и не успел взглянуть перед собой, как вдруг услышал голос из далекого-далекого прошлого.

— Добро пожаловать, мой добрый друг! — сказал Реджис из Одинокого леса.

Вульфгар остолбенел и вздрогнул когда понял, что пред ним стоял самый настоящий Реджис на тропинке, которая петляла между постелями из цветов и вела к маленькому пруду. Растения покрывали легкие снежинки, но погоду вряд ли можно было назвать зимней.

Вульфгар стоял, выпрямившись во весь рост. Он был выше, чем в последние десятилетия и вновь чувствовал себя сильным, полным энергии. Исчезла и боль в суставах, донимавшая его в последние годы. Ему хотелось задать тысячи вопросов, но мысли путались в голове, и он лишь стоял, не веря своим глазам. И тут появилась она.

Кэтти-бри. Та самая женщина, которую он так любил в своей далекой молодости. И она выглядела именно так, какой он ее запомнил — юная девушка, чуть старше двадцати лет.