И тут Тьяго взглянул на Ниниэн.

Нет, он совершенно не был спокоен. Ярость все еще бушевала внутри него.

Ее губы затряслись, а дыхание стало прерывистым. Что-то хрупкое распустилось внутри нее, заставляя открыть ему объятия. Мгновение она молча умоляла его. Пожалуйста, не отказывайся от этого. Не отворачивайся от меня.

Расстояние между ними Тьяго преодолел одним шагом, и подхватил ее на руки. Ниниэн обняла его за шею и прижалась изо всех сил, мужчина сжал ее в удушающих объятиях. Наклонив темноволосую голову, он уткнулся лицом в изгиб ее шеи.

Обхватив рукой его голову, Ниниэн начала поглаживать короткие волосы.

— Я знаю. Прости меня. Я тоже была напугана. Спасибо, что пришел за мной. Спасибо огромное, что нашел меня, — шептала она ему, едва ли обращая внимание на то, что говорила. Слова не имели значения.

Он опустился на пол и сел на корточки, увлекая ее за собой, пока Трикс не оказалась у него на коленях. Тьяго укачивал ее, с отчаянной сосредоточенностью наслаждаясь физическим доказательством ее присутствия: весом ее тела, изящной формой хрупких косточек; руками, обнимавшими его так же крепко, как он сам держал ее; прикосновениями маленьких, нежных пальцев.

Когда Ниниэн исчезла, он испытал эмоции, которых не испытывал никогда.

Он запаниковал.

За считанные секунды он собрал свое оружие, проинформировал Камерон, чтобы та могла мобилизовать полицейских и вызвать ведьму-криминалиста для анализа Силы, наполнявшей спальню, прежде, чем та полностью развеется. Позвонил в Нью-Йорк. Вооружившись своими пистолетами и мечом, он замер, потому что понятия не имел, как выйти на след Ниниэн сквозь тот вихрь энергии, что унес ее.

Она растворилась в воздухе. Просто исчезла. Неправильность этого, сильнейший страх породили внутри него черную дыру, высосавшую из него все: чувство порядочности, объективного восприятия и наличие моральных ориентиров — все это исчезло, и все, что осталось — это воющий зверь, готовый уничтожить кого угодно или что угодно, вставшее у него на пути.

Отчаяние привело его на этаж, который занимала Карлинг. Дуракам везет, ведь в тот момент он не был ни способным, ни умным. Тьяго пошел к Вампирессе просить помощи в поисках Ниниэн. Он был готов пойти на то, чего никогда не делал — умолять. Но вдруг уловил нежный аромат Ниниэн там, где его не должно было быть, и зверь поглотил его.

Если Ниниэн вновь в опасности, он мог сотворить нечто похуже, чем выжечь дотла мир Карлинг. Тьяго был разрушителем по своей природе. Будучи Вером-Полководцем, он мог контролируемо, целенаправленно направлять свою силу, что давало возможность достигать наилучших результатов.

Зверь же внутри него — совершенно иное дело. Спущенный с цепи, он мог начать массовую резню.

И зверю было бы плевать.

— Все хорошо, — шептал он. Он сам не понимал в тот момент, кого пытался успокоить, себя или Ниниэн. Его губы едва касались ее шелковистой кожи. — Все уже хорошо.

Она кивнула, прижавшись щекой к его щеке. Стук его сердца отдавался в ее груди. Мужчина был в два раза крупнее Трикс. Он был огромен как лось, в два раза больше ее, но, когда Ниниэн была в его объятиях, габариты мужчины подходили ей идеально. Тьяго ощущался подобно родному дому.

Я по уши в дерьме.

Девушка замерла. Она что, сказала это вслух?

— Что ты имеешь в виду? — спросил Тьяго, поглаживая ее спину своими большими руками. — Что за проблемы? Что случилось?

— То, что случилось — не моя вина. — Ниниэн шмыгнула носом. — Просто подумала.

Подняв голову, он нахмурился. В его глазах все еще плескались отголоски незащищенности и уязвимости. Она никогда не видела его таким. Ниниэн положила палец на глубокую линию между его бровей и попыталась разгладить ее. Тьяго в ответ поцеловал ее ладонь. Впрочем, обмен нежностями не отвлек его внимание от других вопросов.

— Как ты исчезла, и почему я чувствую на тебе Силу Карлинг? — спросил он.

— Вообще-то, — пробормотала она, — ее выходка была больше направлена на тебя, чем на меня. У нее есть Джинн в должниках, который обязан ей три услуги. То есть, уже две, так как одну он уже выполнил, — Карлинг потребовала от него перенести меня из спальни к ней комнату. Сказала, что это послужит тебе уроком.

— Что эта сумасшедшая сука сделала с тобой? — прорычал он, рокот его голоса отозвался эхом в ее теле.

— Шшш, помни, теперь уже все в порядке, — пробормотала Ниниэн. Обхватив лицо Тьяго обеими руками, Трикс заглянула в его глаза. Они снова стали обсидиановыми, от тревожного белого мерцания не осталось и следа. Девушка погладила точеное лицо Вера. Он был таким гордым мужчиной, и таким красивым, особенно, когда не выглядел так, будто собирается сносить небоскребы или уничтожить голыми руками целые народы. — Она исцелила меня и мы немного пообщались. Вот и все.

Тьяго прищурился.

— Исцелила тебя, — повторил он.