Защитные инстинкты Тьяго перешли в режим суперактивности. Всё внутри него протестовало против того, чтобы позволить Ниниэн приближаться к другим людям, но он внял голосу рассудка и принял ее доводы. Все слова Фейри звучало очень разумно. Блядь. Тьяго позволил немного выйти своему напряжению, издав почти неслышный рык, и девушка глянула на него через плечо. Она выглядела сдержанной, немного извиняющейся, но очень решительной. Страж коротко кивнул, плотно сжав губы. Ниниэн глубоко вдохнув, повернулась и пошла к своим солдатам.

Они жались вокруг своего костра в тесном круге скорби. Все молча наблюдали за приближением Ниниэн и Тьяго. Подходя к солдатам, Вер сумел взять эмоции под более жесткий контроль, приняв бесстрастное выражение лица. Страж быстро оценил каждого из десяти солдат. От Фейри исходил отчетливый запах стресса, все выглядели шокированными и печальными. Когда солдаты встали на ноги, двое тайком вытерли слезы со своих лиц.

— Смерть Аресузы стала невообразимой потерей. На данный момент делается все необходимое. Я пришла, чтобы разделить с вами свои воспоминания о ней и рассказать о том, как она гордилась каждым из вас, — произнесла Ниниэн.

Его Фейри говорила и другие вещи, все те слова, которые важно сказать скорбящим людям, они были правильными и значимыми. Тьяго же делал то, что умел делать лучше всего — читал эмоции солдат. Едва произнеся первые два предложения, Ниниэн завоевала и сердца, и души этих воинов.

Кто-то принес Ниниэн стул и она осталась с отрядом, делясь рассказами об Аресузе до тех пор, пока небо не осветилось первыми лучами Солнца. Трикс договорилась с капитаном, чтобы тот принял командование солдатами, пока они не достигнут Адриеля, где нужно будет назначить нового Командора Темных Фейри. Капитана звали Дьюрин, это был толковый мужчина с почтительными манерами.

Наконец, Ниниэн встала и, конечно же, поднялись все остальные. Пока она напоследок произносила пару ободряющих фраз, за спину Тьяго незаметно сдвинулся один из солдат. Неприметный, тихий мужчина по имени Хефейдд, ответственный за лошадей из продуктового обоза.

Несомненно, Тьяго ощутил это. Он был в курсе всего, что происходило в непосредственной близости: знал о каждом бездумном жесте, поднятой руке, каждом внезапном движении. Он ждал, балансируя на носках.

В его голове заговорил чужой голос.

“Сэр”.

“Да?” — спросил он. Его мысленный голос был спокоен. Страж поместил руку на меч.

“Командор Аресуза дала мне кое-что. То, что я должен был отдать вам, если, ну, если что-то случится. Нет, сэр, пожалуйста, не оборачивайтесь! Я д-думал, что, возможно, вы не станете возражать, если я просто вложу это вам в руку?”

Как и ожидалось, Тьяго практически зарычал, но резко остановился. Хефейдд был одним из тех, кто задержался в тени костра с покрасневшими глазами. Солдат ничего не говорил во время импровизированных поминок Аресузы, но Тьяго видел горе на добром лице Темного Фейри.

Вздохнув, Тьяго положил руку себе на поясницу и разжал пальцы.

В его ладонь мягко скользнул плоский кожаный пакет. Смыкая вокруг него пальцы, он почувствовал, как отходит Хефейдд.

Тьяго сунул пакет под мышку, пока Ниниэн разворачивалась к нему. Если раньше она выглядела уставшей, то теперь казалась совершенно истощенной, маленькое личико было слишком бледным от изнеможения. Мужчина подавил порыв подхватить ее на руки и унести прочь. Они должны быть осторожными, находясь под пристальным вниманием других. Он не должен делать ничего, что могло бы заставить ее выглядеть слабой или менее решительной в глазах своего народа.

Девушка подошла к нему, и мужчине пришлось довольствоваться лишь легким прикосновением руки к ее спине. Тьяго сократил свой шаг, подстраиваясь под нее, пока они шли через затененный лагерь.

Кэмерон все еще была на страже, когда они вернулись к палатке Ниниэн. Острый взгляд Тьяго пробежался по человеческой женщине. Кэмерон выглядела усталой, но по-прежнему настороженной. Ее высокая, стройная фигура держалась прямо. Он приподнял брови и она кивнула.

— Я приготовила кофе, если захотите, — сказала она.

Ниниэн безмолвно покачала головой. Он придержал для нее дверь палатки, ответив Кэмерон:

— Я бы выпил кружку.

Он последовал за Ниниэн, которая прошла к месту отдыха в палатке. В мангале лежали свежие угли, согревая помещение, лампы были зажжены. Тьяго бросил кожаный пакет возле одного из деревянных кресел. Ниниэн повернулась к мужчине. Он притянул девушку в свои объятия, чувствуя безумное облегчение, когда ее маленькое тело прижалось к нему.

Фейри уткнулась лицом в его грудь. Вер гладил ее шелковистые черные волосы.