– Тогда я сейчас помру, я себе язык прикусила.

Вроде бы смешно, а Дашка в слезы, пришлось тоже долго успокаивать и проводить ликбез по поводу опасности укуса змеи и оказания первой помощи. Подозреваю, не сильно мне поверили, кто ж дурачку поверит, но хоть в чем-то успокоил народ.

Утром погода резко сменилась, небо налилось свинцовыми тучами, а ветер стал налетать порывами. Дождя еще не было, но то, что он скоро будет, никто не сомневался. По-хорошему, надо было бы отсидеться в шалаше, но дело, прежде всего, поэтому, несмотря на предстоящий дождь, рванул по прежнему маршруту.

Кузницу отыскал довольно быстро, да и трудно ее было не отыскать, дым пережигаемых на угли дров и звон железа не дал промахнуться. Да..., опять ломка стереотипов, в моем понимании кузница это некая мастерская, в которой, прежде всего, есть огромный горн с мехами для нагнетания воздуха и немалых размеров наковальня с непременным наличием мускулистого молотобойца. Здесь же все выглядело не так, вернее не совсем так - горн отсутствовал, его функцию исполняла некая конструкция из камней чем-то похожая на алтарь, причем прямо на этом алтаре был разложен обычный костер. Чтобы получить требуемую температуру, сбоку от костра стоял подросток и нагнетал крылом какой-то большой птицы воздух на раскалившиеся угли. Дрова пережигались тут же, рядом и видимо, чтобы не терять время, там же набирал температуру прут железа. Наковальни я не увидел, зато отыскал глазами нечто похожее на лапу для ремонта обуви вбитую в крученную сучковатую колоду. Особо требуется сказать о кузнеце, опять же в нашем представлении, кузнец должен быть, если не пышущем здоровьем могучим мужиком, то уж крепким телом и мускулистым точно. Ничего подобного, мужичонка был худеньким и суетливым, да и характер у него был не очень, он постоянно покрикивал на своего помощника, а при случае доставал того палкой и судя по недавним следам не только по спине:

– Куда машешь, дурья башка?
– Рычал он при этом, - с краев в середину поддувай, видишь, жар по сторонам уходит. И дерево сдвинь, чтоб через него тоже поддувало.

Хреново, с таким кузнецом мне договориться явно не получится, может здесь еще где-нибудь кузня есть?

– Кто таков? Чего надо?
– Это кузнец соизволил меня заметить.

Надо сказать, несмотря на грозный вид, недовольство его показалось мне не таким уж серьезным, да и в чем проблема, не укусит же. Хотя, я покосился на побитого подмастерье, этот может.

– С Лисьего я, - и, чтобы не выглядеть слишком наглым, шмыгнул, - дом наш погорел, вот ножи из пепелища забрали. Только пользоваться ими нельзя, закалка сошла. Закалить бы.

Мужичок забыл о помощнике и отложил палку:

– Эх, ты. Говорили у вас все село по миру пошло.

– Знамо дело, - пришлось поддакнуть, - до зимы не отстроишься, придется землянки ладить.

– Дык, к сородичам пока пристройтесь.

Дальше начинаем давить на жалость и не забывать, что актерское мастерство не терпит фальши. Описываем текущую жизнь погорельцев, не сгущая краски, вздыхаем по поводу беспросветного будущего и как бы невзначай поминаем о тяжелой сиротской доле.

– От жжешь, - протянул кузнец, - дык как зиму-то бедовать будете?

– Не знаю, - пожал я плечами, - как землянки наладим, охотой пробиться попробуем. Да и рыбу зимой бить можно.

Кузнец вновь хмыкнул:

– Охотой оно, конечно. Только не охотники вы там, да и зимой в лес просто так не сунешься, когда морозы пойдут волки в стаи собьются, а там и опытный охотник отбиться не сможет. Нет, в зиму у нас охотой не прокормишься. Ладно, давай свои ножи, откалим да кромку отобьём, что б остроту держали.

Работал сей индивид на удивление ловко, сначала прогрел железо на костре, потом сунул на угли, и когда железо налилось малиновым светом, сунул его в мокрый песок. Калил не в масле или воде, как я предполагал, а в мокром песке. Следом маленьким молоточком отбил кромку на той самой пятке, которая была вбита в колоду, и в конце перешел к заточке.

– Ручку из чего делать будешь?
– Спросил он, когда уже правил лезвие на наждачном камне.

– Из березовой коры, думал сделать, набором.

– Ага, пойдет, - при этом кузнец , внимательно осмотрел самый конец штыря рукоятки, - защип остался?

Защип это железка с вырубленной щелью, которая одевается на самый кончик штыря, дабы рукоять с него не слезала.

– Ага, - подтвердил я, радуясь, что мужичок не заикнулся об оплате.

– Вот, бери, - кузнец сунул мне заново закаленные лезвия, - окалину сам собьешь и песочком сотрешь. Чего еще надо будет?

Мог бы и не спрашивать, различного мелкого железа у меня много, получается, зря я решил не наглеть, но и не факт, что увидев мои хотелки, кузнец проявил бы такую благотворительность. Хотя:

– Пару бы крючков мне для рыбалки на большую рыбу, железо на днях принесу.

– Эт что ж за крючки такие - для рыбалки?
– Почесал остатки своей растительности на голове мужичок.

Объяснить? Это мы запросто. Разравнял песок, в котором он калил ножи, и прутиком нарисовал крючок в натуральную величину, а потом укрупненно прорисовал бородку, который не даст пойманной рыбе соскользнуть.

– Ага, видел такие, - обрадовался кузнец, - только здесь железо с углем томить надо будет, чтоб не гнулось.