Шрифт:
– Да вы самый настоящий троянский конь! – вскрикивает лорд, потрясая грамотой. – Как вы посмели проникнуть в мой дом таким изощрённым образом?
– Я просто скромная исполнительница воли принцессы, - опускает глаза леди Колетт, одновременно выпутываясь из праздничных лент.
Я хохотала, падая на кровать на спину и смотря в потолок, где резвились пухлые херувимы. Счастье других тоже может иссушить слёзы и прогнать печаль.
Может, именно это и хотел сказать Даск? Хотел подарить мне другой смысл жизни, раз не мог подарить себя?
Может быть…
***
Утро.
Конечно, начинается оно, как обычно – влетает на удивление бодрая Колетт, размахивая новым веером, за ней несколько служанок, сна ни в одном глазу – и своим идеальным видом тут же начинают выводить меня из терпения.
С этим лучше просто смириться, как я поняла ещё в раннем детстве. Всё равно причешут и оденут, хоть мыться самой позволяют, и то хорошо.
– Ах, сегодня такой чудесный день! – кричит Колетт. – Сегодня, наконец, мы узнаем имя нашего будущего короля.
И найдёт же, как испортить настроение!
Все утро мне хочется увидеть Даска. Но это невозможно.
Проходит завтрак, лорд Баскем является с заявлением о том, что груда бумаг только и ждёт, когда ими займётся новоиспечённый король, все прочие собираются в тронном зале, он огромный, но сейчас становится похож на улей, тесный и душный. Каждому не терпится посмотреть, что за подарки преподнесут женихи, точнее, кто чем богат.
Я вхожу, вся такая до приторности милая в своём розоватом платье, и меня встречают бурными овациями. Колетт постаралась – я так прекрасна, что сама себя с трудом узнала в зеркальном отражении. Стройная, бледная, хрупкая девушка с огромными глазищами, которые смотрят так проникновенно, что хочется броситься на защиту этого дивного существа, не жалея жизни. И никого не волнует, какая я на самом деле. Так обстоят дела.
– Испытание начинается!
Глашатай объявил начало, гости волнуются, переговариваются, а среди людских макушек нет ни одного рыжего пятна. Понимаю, так лучше, так правильно, но почему же так тоскливо!
Вручение подарков началось.
Первым, понятное дело, вышел Скала. По-другому он не мог, его стиль – стремительное покорение, пока жертва, то бишь трепетная невеста, не опомнилась и не обратила свой взор куда-либо ещё.
– Мой меч у ваших ног. А вместе с ним – моя защита. До последнего вздоха, до последней капли крови!
Украшенная камнями перевязь с мечом звякнула, опускаясь на мраморный пол перед троном. Рукоятка меча потёртая, им часто пользовались. Видимо, Скала действительно его ценил, возможно, даже больше своей лошади.
– Благодарю. – сказала я. Это слово мне предстоит произнести еще тридцать шесть раз, если женихи объявятся все. А насколько знаю, ни один ещё не уехал.
– Мое сердце у ваших ног.
Фарго преподнёс мне огромный рубин в форме сердца, в коробочке, выложенной белоснежным атласом. Все ахнули. Я не думала, что бывают камни такой величины, но вот один из них сверкает у моих ног.
– Благодарю.
Ужасно, что даже таинство, происходящее сейчас в бальном зале, может превратиться в рутину.
– Мои земли…
– Мои лошади…
– Моя казна…
– Мой замок…
Максимилиан вышел примерно в середине церемонии, и в зале раздались смешки. За собой он вёл пса неопределенной породы, лохматого и грузного, который извивался и бил хвостом по бокам, а его язык свисал из пасти и довольно болтался.
– Самое дорогое, что у меня есть – этот пёс. Я подобрал его на улице.
Теперь в зале засмеялись ещё громче, Максимилиан сжал зубы, но продолжал:
– Он лучший друг. Никто не любит меня больше. Никто не обладает большей преданностью. Прошу, берегите его.
Наклонившись, он потрепал пса по холке. Зал хохотал уже открыто.
– Спасибо, - крикнула я, перекрывая хохот. – Я ценю ваше доверие и обещаю – ваш друг ни в чём не будет нуждаться.
Окружающие замолчали. Впервые я произнесла что-то, кроме «Благодарю». Конечно, они думали, а не свидетельствуют ли мои слова об особом расположении к Максимилиану? Что если это означает, что у него больше шансов, чем у остальных?
На самом деле всё было иначе с точностью до наоборот - в этот момент я твёрдо поняла, что Максимилиан не станет моим мужем. Почему? Неужели дело в жалком подарке? Нет, вовсе нет.
Дело в том, что я не могу испортить жизнь такому светлому человеку. Он заслуживает, чтобы его любили, так же преданно и сильно, как способен любить он. А я… вся моя любовь уже отдана, пусть и никогда не будет принята. Во мне пустота.
Ни за что не испорчу ему жизнь, ни за что!
– Мои земли…
– Мои лошади…