Неожиданно в жилах у Ханны запульсировало ревнивое чувство собственничества. Дело в том, что Майк несколько лет бегал за Ханной, как потерявшийся щенок. Однажды в шестом классе, когда Ханна, Эли и другие ночевали в доме у Арии, Ханне приспичило среди ночи сходить в туалет. В темном коридоре чьи-то руки вдруг облапали ее за грудь. Ханна взвизгнула от страха, а Майк, в то время пятиклассник, отпустил ее. «Прости. Я думал, это Эли». – сказал он. Помедлив, он наклонился и поцеловал ее. Ханна не сопротивлялась, втайне польщенная – в то время она была толстой, уродливой и неуклюжей и не могла похвастаться тем, что парни бегали за ней толпами. Честно говоря, это был ее первый поцелуй.

Ханна повернулась к Кейт. Она чувствовала, что закипает.

– Не хочу расстраивать тебя, дорогуша, но Майк без ума от меня. Разве ты не заметила, как он каждое утро пялится на меня в «Стиме»?

Кейт запустила пальцы в свои каштановые волосы.

– Но ведь я тоже по утрам сижу в «Стиме», Хан. Кто знает, на кого он смотрит.

– Вот именно, – вмешалась Наоми, отбросив с лица отросшие пряди своей ультра-короткой прически. – Майк смотрит на всех нас.

– Ага, – поддакнула Райли.

Ханна впилась наманикюренными ногтями себе в бедро. Что вообще происходит? Почему эта парочка так дружно выступает за «команду Кейт»? Ханна тут главная!

– Придется это проверить, – сказала она, выпятив грудь. Кейт слегка склонила голову набок, будто хотела сказать: «Да неужели?»

Потом Кейт вдруг встала.

– Знаете, девочки, мне вдруг ужасно захотелось красного вина. Не хотите перебраться в «Рив Гош»?

Глаза Наоми и Райли просияли.

– С радостью, – хором ответили они, дружно вставая.

Ханна возмущенно пискнула, и все замерли. Кейт выдвинула нижнюю губу, изображая сочувствие.

– Ах, Ханна! Бедняжка, ты в самом деле так… переживаешь из-за Лукаса? Честное слово, я думала, тебе все равно.

– Нет! – рявкнула Ханна, но ее голос предательски дрогнул. – Мне плевать на Лукаса. Я… я просто не хочу идти в заведение, где водятся крысы.

– Не волнуйся, – ласково сказала Кейт. – Я не расскажу твоему отцу, что ты не пошла со мной.

Она повесила на плечо свою сумочку «Майкл Корс». Наоми и Райли переводили взгляды с Кейт на Ханну, пытаясь решить, что им делать. Наконец Наоми пожала плечами, теребя белокурую прядь волос.

– Красное вино действительно звучит очень здорово. – Она взглянула на Ханну. – Прости.

А Райли просто встала и ушла, не сказав ни слова. «Предательницы!» – подумала Ханна.

– Смотрите, как бы вам не попались крысиные хвостики в бокалах! – крикнула она им вслед.

Но девушки даже не обернулись, они шли в торговый зал, взявшись под руки и хихикая. С минуту Ханна смотрела им вслед, пунцовая от ярости, потом повернулась к Доту, сделала несколько глубоких вдохов и накинула на плечи кашемировую накидку.

Ничего. Возможно, сегодня Кейт вышла победительницей в сражении пчелиных королев, но до конца войны было еще очень далеко. Она была несравненной Ханной Марин – и этим все сказано. Эта тупоголовая сучка даже не представляет, с кем связалась.

В понедельник вечером Спенсер и Эндрю Кэмпбелл сидели у нее дома на застекленной террасе перед разложенными на столе материалами по углубленному изучению экономики. Прядь длинных светлых волос упала на лоб Эндрю, когда он склонился над учебником и ткнул в портрет какого-то типа.

– Это Альфред Маршалл. – Эндрю закрыл ладонью текст под картинкой. – Давай, быстро. В чем суть его взглядов?

Спенсер прижала пальцы к вискам. Она без труда складывала в уме многозначные числа и могла с ходу назвать семь синонимов к слову «усердный», но когда дело доходило до экономики продвинутого уровня, ее мозг превращался… в труху. Но ей позарез нужно было это выучить. Мистер МакАдам, учитель по экономике, пригрозил исключить Спенсер из своего класса, если она не получит высокий балл в этом семестре. Он все еще злился на нее за то, что она присвоила эссе своей старшей сестры и призналась только после того, как ее работа получила приз конкурса «Золотая Орхидея». Вот почему Эндрю, который действительно разбирался в экономике, стал ее репетитором.

Внезапно Спенсер озарило.

– Теория спроса и предложения!

– Отлично! – просиял Эндрю. Он перевернул страницу, его пальцы случайно коснулись руки Спенсер. Ее сердце забилось чаще, но Эндрю поспешно отстранился.

Спенсер еще никогда не была в таком смущении. В доме никого не было – ее родители и старшая сестра Мелисса уехали на ужин, как обычно, не позвав с собой Спенсер, следовательно, Эндрю мог бы вести себя посмелее, если бы захотел. В субботу на благотворительном вечере он целовал ее с большой охотой, но с тех пор… больше ничего не было. Впрочем, позже в субботу Спенсер была слишком занята историей с исчезнувшим трупом Йена, а в воскресенье уехала во Флориду на похороны бабушки. Сегодня они с Эндрю мило пообщались в школе, но Эндрю ни словом не обмолвился о случившемся на вечере, а Спенсер, само собой, не собиралась заговаривать об этом первая. Сегодня она так волновалась перед приходом Эндрю, что надраила до блеска все свои награды, включая призы за правописание, участие в драмкружке и хоккей на траве, лишь бы чем-то занять себя. Возможно, субботний поцелуй был просто поцелуем, и ничем больше. В конце концов, Эндрю много лет подряд был ее главным соперником – они состязались за первые места в классе с тех пор, как воспитательница в детском саду организовала конкурс на лучшую марионетку, сделанную из бумажного пакета. Не могла же Спенсер всерьез увлечься им!