Наконец, когда молодой человек ненадолго отлучился, мастер вздохнул с облегчением: «Наконец-то он меня не увидит!», — взял новый листок и написал, нисколько не заботясь о каллиграфии: «Первый закон».

— Великолепно! — воскликнул ученик, вернувшись.

Мастером храма Кэннин был Мокурай по прозвищу Тихий Гром. У него был ученик — мальчик по имени Тоё, которому исполнилось всего двенадцать лет. Тоё видел, что каждое утро и каждый вечер старшие ученики входят в комнату мастера, чтобы получить наставление в сандзэн, или личном руководстве, в котором они получали коаны, для того чтобы уберечь разум от бесплодного блуждания.

Тоё тоже захотел отправиться на сандзэн.

— Подожди чуть-чуть, — сказал ему Мокурай, — ты еще слишком мал.

Но мальчик все просил и просил, и учитель наконец сдался.

Вечером, в назначенное время, маленький Тоё подошел к порогу комнаты, где жил Мокурай. Он ударил в гонг, возвестивший его приход, три раза почтительно поклонился перед дверью, вошел и сел перед мастером в благоговейном молчании.

— Ты знаешь, что если стукнуть ладонями друг о друга, получится хлопок, — сказал Мокурай. — А покажи мне звук одной ладони.

Тоё поклонился и пошел к себе, чтобы поразмышлять над этой загадкой. Через окно ему было слышно, как гейши играли на каком-то музыкальном инструменте. «А, все понятно!», — обрадовался мальчик.

На следующий день вечером, когда учитель попросил его показать звук одной ладони, Тоё сыграл ту мелодию, что услышал накануне.

— Нет-нет, — сказал Мокурай. — Не то. Это не звук одной ладони. Ты ничего не понял.

Решив, что музыка может помешать ему, Тоё переселился в более спокойное место и снова начал думать, как же звучит одна ладонь. И тут он услышал стук падающих капель. «Вот!» — порадовался Тоё.

Придя к мастеру в следующий раз, Тоё изобразил этот звук.

— Что это? — спросил его Мокурай. — Я слышу звук капель, а не звук одной ладони. Иди, еще подумай.

Долго медитировал Тоё, чтобы услышать звук одной ладони.

Он слышал, как шелестит ветер. Но это был совсем другой звук.

Он услышал крик совы. И этот звук был отвергнут.

Шелест крыльев саранчи тоже не напоминал звук одной ладони.

Больше десяти раз приходил Тоё к Мокураю, но ни один его ответ учитель не принял. Больше года думал ученик, как же звучит одна рука.

И наконец маленький Тоё, пребывая в настоящей медитации, перестал думать обо всех звуках. «Я уже не мог ничего придумать, — говорил он потом, — и решил, что это просто звук без звука».

Так Тоё и услышал звук одной ладони.

Изучая дзэн под руководством Букко в монастыре Энгаку, монахиня Тиёно долго не могла обрести плоды медитации.

Как-то лунной ночью она несла воду в старом ведре, перевязанном веревкой из бамбука. Вдруг веревка лопнула, дно у ведра отвалилось, и в этот момент Тиёно ощутила настоящую свободу!

В память об этом она сочинила стихи:

Кэйтю, великий дзэнский наставник эры Мэйдзи, был настоятелем в Токуфудзи, одном из главных храмов Киото. Однажды к нему пришел губернатор Киото. Послушник вручил старцу визитную карточку: «Китагаки, губернатор Киото».

— Я не хочу видеть этого человека, пусть он уйдет, — сказал старец.

Послушник с извинениями вернул губернатору его карточку.

— Это была моя ошибка, — сказал губернатор и вычеркнул карандашом слова «губернатор Киото». — Попросите вашего учителя снова принять меня.

— А, так это Китагаки! — воскликнул наставник, увидев исправленную карточку. — Я охотно увижу его.

Мокусэн Хики жил в храме провинции Тамба. Один его ученик постоянно жаловался на скупость своей жены.

Мокусэн пошел к женщине и показал ей кулак.

— Ты что? — удивленно спросила она.

— Представь себе, что моя рука всегда такая. Как ты ее назовешь?

— Изуродованная, — ответила женщина. Учитель раскрыл пальцы и снова спросил:

— А как ты назовешь такую руку?

— Изуродованная, — снова ответила женщина.

— Если ты так много понимаешь, значит, ты хорошая жена, — заметил Мокусэн и ушел.

После этого жена стала помогать мужу не только экономить, но и разумно тратить.