— Я хочу, чтобы вы продолжали искать, — сказал он.

— Кого? — удивился Берни.

— Конечно, Пинат. Ури хотел бы этого.

— Не уверен, что…

Попо повысил голос и заговорил по-настоящему громко:

— Назовите цену.

Берни кивнул.

— Обычная такса — четыреста долларов в день плюс расходы.

Четыреста в день? Разве наша обычная такса такая? А случайно, не пятьсот? Кстати, что больше: четыреста или пятьсот? Мне бы понравилось то, что больше.

Попо открыл ящик и достал чековую книжку.

— С этим можно подождать, — остановил его напарник. Ох, Берни, Берни…

Клоун посмотрел на настенные часы и, да, я не ошибся, слегка встряхнулся. Затем повернулся к зеркалу и начал размазывать по лицу белую краску, которую черпал из банки.

— Как же вы… — начал Берни.

— Скоро начнется представление. — По тому, как Попо держал плечи, я понял, что он крепился из последних сил.

Мы вышли из его вагончика и обнаружили на улице много циркачей. Некоторых, таких как Фил и Олли Филипофф, я знал, других нет: силача с голым торсом, женщину в мотоциклетном кожаном костюме, мужчину с одноколесным велосипедом в руке. Они все гуськом поспешили внутрь.

Мы уехали с ярмарочной площади. Синяки под глазами Берни стали еще темнее. Он сделал несколько звонков по телефону. А я внимательно следил за идущей перед нами машиной с лежавшим на полке заднего стекла котом — кошки любят так ездить. Спрашивается, чем им не нравится переднее сиденье? Кот меня тоже заметил, и его взгляд мне очень не понравился.

— Чет! Прекрати!

Я сдерживал себя как мог.

— Чет, что на тебя нашло?

Берни, неужели не видишь? У тебя практически перед носом развалился кот, зевает и потягивается так, что у меня от этого… Но тут мы свернули с магистрали, и кот пропал. Я устроился поудобнее и, как истинный профессионал, настороженно замер.

Вскоре мы оказались рядом с полем для гольфа. В Долине много таких полей, и вокруг всегда очень зелено. Берни это тревожит, поскольку… Э, да мы не поехали вдоль поля, а свернули на обсаженную цветами петляющую дорожку. В конце открылась площадка, где мы встали рядом с длинной белой машиной, которая показалась мне знакомой.

Поле для гольфа радует приятными запахами: цветами, свежеподстриженной травой и водой — обилием воды, — хотя воды я нигде не видел. Мы отправились на площадку с тренировочными колышками для отработки ударов. Для чего служат эти колышки, я знал по делу Дэлтона. Как выяснилось, миссис Дэлтон завела интрижку с тренером и в результате настолько повысила уровень мастерства, что они с мужем перед самым разводом успели стать победителями в местном чемпионате супружеских пар, так что все кончилось к обоюдному удовольствию. На площадке бил по мячу один человек: загорелый мужчина с крупной головой, сигарой во рту, в желтых брюках, красной рубашке и соломенной шляпе — полковник Драммонд. Он размахнулся из-за спины и с неожиданной силой опустил клюшку на мяч. Кажется, такой удар называется «по верхушке»: мяч почти сразу ударился о землю, несколько раз отскочил и, прокатившись, замер на небольшом расстоянии. Полковник Драммонд поднял глаза.

— Будьте любезны не двигаться, когда игрок бьет по мячу… — Он пригляделся и узнал нас. — Ах это вы.

— В вашем офисе нам сообщили, что вы здесь, — объяснил Берни.

Полковник достал из корзины новый мяч и поставил на колышек.

— Речь пойдет о Делите? Я уже наслышан. — Он покачал головой. — Ужасные, ужасные новости. — Драммонд говорил, не вынимая сигары изо рта. — Поверьте, я потрясен. — Он размахнулся клюшкой и ударил, но свинг получился таким же нескладным, как и предыдущий, только теперь он попал не по верхушке мяча, а в бок. Мяч отлетел в сторону и угодил в тележку. — Вот видите, — продолжал полковник, — не могу ни на чем сосредоточиться. Наш маленький мир — я имею в виду цирковой мир — потерял одного из лучших людей. — Он поставил на колышек следующий мяч.

— Что вы намерены предпринять? — спросил Берни.

Драммонд уже замахнулся, но его клюшка замерла в воздухе.

— В связи с чем?

— Хотите докопаться до того, что послужило причиной случившегося?

— Негодяи из Общества защиты животных задурили Делиту голову, вот он и выкинул такую штуку. Или у вас есть иная версия?

— Нет, но у меня есть вопросы.

Драммонд сверился с часами.

— Через пять минут начало игры, так что времени хватит только на один.

— Хорошо, — кивнул мой напарник. — Вы знаете Текса Росу?

— Никогда о таком не слышал. — Полковник начал снова замахиваться — отвел клюшку назад и ударил. На этот раз мяч поднялся невысоко над землей и улетел в поле, хотя и недалеко.

— Это уже на что-то похоже, — пробормотал Драммонд. — Что скажете? Что-нибудь около двухсот двадцати?

— Текс Роса владеет транспортным предприятием «Четыре розы».

Полковник вынул изо рта сигару, сбил с кончика пепел и улыбнулся.

— Это похоже на второй вопрос, но ответ все равно «нет».

Берни пристально посмотрел на него.

— У вас слишком свободная стойка. Мешает вращению корпусом.

— Вот как? Вы играете?

— Не сказал бы. Просто мальчиком подносил клюшки.

Это для меня новость! Берни не устает меня удивлять, и всегда в хорошем смысле. Хотите знать мое мнение? С этим человеком никто не сравнится.

Драммонд, прежде чем снова ударить по мячу, подобрался.

— Так?

— Еще больше.

Он свел ступни и замахнулся. Свинг вышел намного лучше, полет мяча был не то, что называют планирующим, но достаточно высоким: он пронесся над кустами и подкатился к краю песчаной ловушки.