Он опустился перед ней на колени, беря обе ее руки в свои ладони.

— Николетт, — начал Себастьян, но она мягко прижала палец к его губам.

— Нет, — торопливо проговорила она подрагивающим голосом. — Я была дурой. Из-за меня тебя могли убить. Я не смогла бы жить с этим. Просто не смогла бы. Я не могу, — слезы полились сами собой. — Я не могу жить без тебя.

— Ох, Николетт, — пробормотал Себастьян, стискивая ее в объятиях. — Тебе не придется, — сказал он напряженно, одним движением подхватывая ее на руки и вставая. Его пронзительные глаза смотрели в самую ее суть. — Никогда.

Николетт наблюдала за закатом с балкона гостиничного номера. Чикаго был из тех городов, которые никогда не спят, но она находила успокоение в созерцании вида на озеро. Озеро Мичиган выглядело умиротворенным и чистым, и Николетт тоже попыталась успокоиться. Карас, которого город не интересовал, сидел на спинке кресла, приглядывая за ней и иногда тихо каркая.

Когда щелкнул дверной замок, Николетт тут же вскочила. Она оказалась в объятиях Себастьяна прежде, чем он успел закрыть за собой дверь.

— Ну привет, красавица, — сказал он, зарываясь лицом в ее темные волосы.

Николетт подстриглась, но оставила их достаточно длинными, чтобы прикрыть все еще заживающую рану на шее. Теперь волосы опускались ниже подбородка в слегка неровной стрижке боб. Она чувствовала свободу от их веса и долгих годов в бегах. И хоть она подумывала отрастить их обратно, в этом будет уже совершенно иное значение.

— Что они сказали?

Себастьян никогда не ходил вокруг да около. Он просто кивнул.

— Они сказали «да».

— Я могу ездить с тобой куда угодно?

— По моему выбору, да.

— Значит, на любую миссию, верно?

— Это значит «по моему выбору», — повторил он, широко улыбаясь.

Хоть месяц назад Николетт присоединилась к остальным ведьмам и колдунам, она большую часть этого времени проторчала в штабе. Пока Себастьян и остальные члены Корпуса Магов сражались с тамплиерами в Нью Мехико, Николетт кусала ногти и тревожно ждала любых вестей. Она буквально не могла спать все то время, что его не было. Когда Себастьян вернулся, она отказывалась выпускать его из постели добрых сорок восемь часов.

Потом Николетт попросила о встрече с Командиром. Удивившись, а потом разнервничавшись от того, что ей разрешили, она все же уверенно попросила всюду сопровождать Себастьяна. Командир сомневался, пока она не продемонстрировала свои способности в чтении ауры. Их польза при оперативной работе была неоспорима. После этого оставались лишь формальности официального одобрения. Не без удовольствия Николетт осознавала, что никогда больше не расстанется с Себастьяном. Однако ее улыбка померкла, когда она увидела его серьезный взгляд и слегка отстранилась.

— Что? Что такое?

Положив руки на ее плечи, Себастьян отвел ее к креслу, на котором устроился Карас, и усадил ее туда. Николетт с изумлением наблюдала, как он опускается перед ней на колени и достает маленькую бархатную коробочку.

— О, Себастьян!

— Николетт Эрлинг, когда мы только познакомились, ты сказала мне, что любовь имеет множество лиц. Однако я думаю, что для меня есть лишь одно лицо — твое. Ты окажешь мне честь стать моей женой?

Он открыл коробочку, и Николетт невольно раскрыла рот.

Внутри обитой шелком коробочки находилось прекрасное платиновое колечко, но вместо белого бриллианта посередине находился желтый бриллиант. Он был глубокого, богатого золотистого оттенка. И подняв взгляд, Николетт увидела золотистое сияние вокруг головы Себастьяна.

— Да, — прошептала она. — О, Себастьян, да.

С широкой улыбкой он надел кольцо на ее палец и в следующую секунду уже поднял на руки и понес к постели.

— Это будет не самая простая жизнь, — предупредил ее Себастьян, опуская на пружинистый матрас. — Со мной далеко не всегда просто иметь дело.

— Если бы я хотела простого, я бы осталась с цирком, — ответил Николетт. — Ты то, чего я хочу. Ты тот, кого я хочу, и я хочу тебя навеки.

— Ты серьезно?

— О да.

С минуту Себастьян изучал ее взглядом, но потом его рот обрушился на ее губы. Теперь, зная его лучше, Николетт упивалась силой его мощного тела, нависающего над ней. Эта сила защищала ее, и ее собственные силы, все еще растущие и процветающие, были созданы, чтобы защищать его. Она с готовностью ответила на поцелуй и потянула его рубашку, чтобы снять ее через голову.