– Летала ты при помощи сферы, - сказал дед, - а перстень - это только прибор, с помощью которого ты ею мысленно управляла. С хранением вещей то же самое. Кольцо управляет чем-то, о чем ты не имеешь представление. Поэтому вся твоя магия - это возможность мысленного управления какой-то аппаратурой!

– Может быть, с вещами богини ты и прав, - не стала спорить девочка.
– Я действительно не знаю, как они работают, и только мысленно управляю. Правда, при работе сферы тратится моя сила, без нее ничего работать не будет.

– Какой-то неизвестный нам вид энергии, - пожал плечами старик.
– А твои заклинания - это просто способ сформировать...

– Думай, что хочешь, - сказала Настя, которой надоело убеждать упрямого старика.
– Только в том мире тысячи магов, которые творят чудеса. Хочешь сказать, что возле каждого из них роятся невидимые инопланетные машины, спешащие выполнить все их приказы? Может, ты все-таки дослушаешь до конца, а уже потом будешь делать выводы?

Когда она уже заканчивала рассказ, приехал отец, которому мать позвонила о приезде деда. Сергей Алексеевич не стал разговаривать с сыном пока не дослушал внучку.

– Поразила!
– сказал он, когда она закончила.
– И магией своей поразила, которую я магией не считаю, и своими поступками! Выжить в таких условиях и сделать все, что ты сделала... Королевство большое?

– Не меньше Англии, - ответила Настя, - только вытянутое. Но населения раз в десять меньше.

– И как думаешь жить?
– спросил дед.
– Так и будешь все скрывать? Все равно ведь рано или поздно откроется. Число людей, знающих о твоих возможностях, будет расти, а ты уже сейчас неосторожна, а со временем расслабишься еще больше.

– Никому ничего говорить не буду!
– ответила она.
– Пошли все к черту! Я не знаю, как там было в СССР, я в нем не жила, но сейчас у нас всем на все наплевать! Если обо мне узнают, то засекретят, убедятся в том, что сами ничего не смогут делать, и будут потихоньку использовать для своих нужд. Мага сломать трудно, но можно. Даже если не будут ломать, а станут подкармливать, это не та жизнь, о которой я мечтаю. И ты, дед, совсем забыл о богине! Не надо морщиться, если тебе так легче, можешь назвать ее пришельцем. Я ведь под присмотром, и она еще ничего не решила. Ты говорил о будущем, а оно у нас есть? Можешь ты мне сказать, что для нас лучше? То ли кому-то пережить чистку, пожертвовав всеми остальными, и сохранить живую планету, то ли всем скопом умереть на ней лет через сто?

– Я за чистку, - ответил он, - Тысячи лет люди боролись за лучшую жизнь, а сейчас ее построили для очень немногих ценой будущего следующих поколений! Если люди настолько эгоистичные и бестолковые, что не могут решить жизненно важные вопросы, пусть твоя богиня вправит им мозги! Но я старик, сколько мне осталось жить! Если меня вычистят, я не так много потеряю, зато умру, зная, что человечество будет жить! Ведь если оно погибнет, вообще все потеряет смысл! Но учти, что очень многие люди будут против. Для них их жизнь - это величайшая ценность на свете, которую у них отберут, чтобы благополучно жили другие. Кто-то смирится, но таких будет немного. Я не знаю, как твоя Верона собирается это проделать. Может быть, у нее получилось с тем миром, где был силен страх перед богами, но у нас даже в своих богов не верят, а ее тем более не признают! При нашей численности населения под нож пойдут миллиарды! Ты думаешь, они тихо уйдут? Как только поймут, что их ждет, оставшиеся умоются кровью!

– Я думаю, что она это прекрасно понимает и выполнит так, что не будет никакой крови, - возразила Настя.
– Ей не нужна залитая кровью планета. Я тебе все рассказала, что скажешь ты?

– А что ты хочешь от меня услышать? Я не собираюсь куда-то бежать и тебя закладывать. Убеждать все открыть властям тоже не буду: ты с одинаковым успехом можешь прекрасно устроиться или очень плохо кончить. Там своя борьба интересов, много кланов и еще больше дерьма. Страна и народ интересуют многих чиновников только потому, что без них накроется кормушка, а тех, кто кормится из-за границы, у нас не интересует вообще ничего. Будь осторожна и поменьше свети своими возможностями. Если на тебя все-таки выйдут, попробуй договориться на своих условиях, ну а если не получится, тогда уходи в тот мир, в этом у тебя не будет спокойной жизни.

– Ладно, поговорили, теперь пойдем обедать, - сказала девочка, которая умолчала о земных возможностях перстня.

Имея возможность легко перемещаться по миру, зная все его языки и не испытывая недостатка в средствах, можно было устроиться и здесь, наплевав на любое правительство. Родителям она об этом тоже не говорила.

– Ну что?
– тихо спросил отец Настю, после того как все пообедали.
– Договорились, или ты на него действовала?

– В магию не поверил, считает, что это работает какая-то инопланетная техника, - засмеялась она.
– Сказал, что я его удивила, и обещал не лезть в мою жизнь. Теперь навалится на Таню. Ты не хочешь нажать на врачей, чтобы ее побыстрее отпустили домой? Могу помочь.

– Пусть пока побудет в больнице, - ответил он.
– Старик прилетел на пару дней, а если она вернется, придется ставить раскладушку. Улетит в Москву, тогда я поеду разговаривать с медиками. Они сейчас не столько лечат дочь, сколько ее изучают. Пытаются понять, из-за чего она так быстро выздоровела.

Сергей Алексеевич гостил у них четыре дня. К Тане он съездил на второй день и вернулся хмурый.

– В чем дело?
– забеспокоилась мать.
– Что-то не так с Танечкой?

– Не так с ее головой!
– буркнул старик.
– Влюбленная дура!