— Отпускаешь? — с надеждой спросила я.

— Нет.

— Все-таки ты и вправду странный, — вздохнула я, — сам не знаешь, чего хочешь. — После вскинула на него глаза и закончила, чувственно понизив голос: — Или знаешь? А, Скай?

Он поджал губы, обжег злым взглядом.

— Что ты хотела, Игнис?

— А если хотела? — я прошла к столу и забралась на столешницу. — Что если я кое-что знаю…

— Что? — водник вновь стал хмурым.

Я сочувственно вздохнула:

— Жалеешь, что притащил меня?

— Потерплю, — усмехнулся Скайрен и, наконец, повернул ко мне голову. Я заметила, как его взгляд скользнул по моей скуле, опустился до уголка губ, затем ниже на шею, остановился на впадинке между ключицами, и водник произнес неожиданно хрипло: — Это твоя кровь, Игнис. Твоя проклятая кровь. Эйви права, я стал похож на похотливое животное. Неутолимое желание…

— А может всё дело в том, с кем его утолять?

— Я не изменяю своей невесте, — отчеканил Аквей.

— А я своему Господину, — ответила я и вновь позволила голосу звучать мягко, словно ласкающий бархат. — Я никогда не знала иного мужчину, только он… Кроме одного случая. В бассейне, во сне. В той самой купальне, в которой провела первые день и первую ночь в твоем замке.

— Что?

Скайрен, смотревший на мои губы, пока я говорила, вскинул вверх глаза, и наши взгляды встретились.

— Я тоже видела этот сон, — ответила я. — Чувствовала твои ласки, сходила с ума от поцелуев, совсем как сегодня. И так же ждала, когда…

— Хватит, — глухо оборвал меня водник. — Это был не сон?

Я пожала плечами и вновь поймала его взгляд:

— Или наше желание создало временную реальность, где мы…

— Хватит! — ладонь Аквея ударила по столу. — Чего ты добиваешься?

— Не могу забыть твой поцелуй, — и вот тут я была совершенно честна.

Завела руку за спину и вонзила ногти себе в ладонь, боли не было. Подумав о Эйволин, я сразу поняла, где находятся покои некой тетушки, и на спине мушки, ползущей в дальнем углу, разглядела белые крапинки. Пока дары были со мной. Нигде ни зудело, ни болело, и не жгло. Идем дальше.

Водник отвернулся от меня, сделал шаг к двери, но я соскочила со стола, опустила ему руку на плечо, но он скинул мою ладонь, распахнул дверь и указал мне:

— Пошла прочь.

Вот это было неприятно, но не смертельно. Я дошла до двери, но все-таки не пересекла порога, а остановилась напротив мужчины.

— Кстати, — начала я, словно ничего не произошло, — почему меня охраняет только змей?

— Тебе его мало? — не глядя на меня, спросил, Аквей.

— И всё же? — я оперлась ладонью на закрытую створку.

Водник проследил за моим движением, кривовато усмехнулся и с заметной неохотой ответил:

— Змей сожрал стражника. Заглотив всего разом. Еле уговорил его выплюнуть несчастного. С тех пор стража не выдерживает соседства с моим созданием.

— Он ведь сущность, — я пожала плечами. — Живая, хоть и из воды.

— Вот это-то и удивительно, — Скайрен посмотрел на меня, — ничего подобного я раньше делать не умел. Всегда был сильнейшим. Никто, кроме меня, не может обращаться в воду, но змей — это за пределами даже моих возможностей. Я потом снова пробовал, у меня ничего не вышло.

— Тогда ты был зол. Если захочешь, обращайся, я тебя снова чем-нибудь достану.

— Ты невероятно мила, — хмыкнул водник, заметно расслабляясь.

Я сделала шаг к нему, решив, что можно возобновить прерванный опыт, приблизилась вплотную, но Аквей посторонился и негромко велел:

— Уходи.

Проследила взглядом линию его губ, посмотрела в глаза и… послушно кивнула. Уже когда шла в сторону своей спальни, несколько раз ущипнула себя. Больно мне не было, а хотелось, чтобы очнуться. Меня выгнали, и я ушла?! Вот так просто? Послушно? Я?! С ума сойти! Я точно еще в бреду. Что за мягкость? Что за покладистость? У меня в голове теперь желе? «Отдает человечиной». Бр-р… Еще пару шагов, и я резко остановилась. Нет, не могу я так уйти. Развернулась.

— Вот это помнишь? — зло спросил Скайрен, вдруг оказавшийся позади меня. Сжал в кулаке мне волосы на затылке, оттянул назад голову и впился в губы.

Нет, это совсем не был тот поцелуй, полный желания и чувственности, и все-таки пол ушел у меня из-под ног. Вцепилась пальцами ему в плечи, не удержала полустон-полувсхлип. Позволила языку водника скользнуть мне в рот и с жаром ответила. Реальность поплыла, и то, что всё зашло дальше поцелуя, я поняла только тогда, когда руки Скайрена подхватили меня под ягодицы, поднимая вверх. Я с готовностью обхватила его бедра ногами и лишь коротко вскрикнула, когда он вдавил меня в холодную поверхность стены.