Кто-то глухо заворчал, и сквозь остатки оседающего дыма охотник рассмотрел в конце коридора массивную тёмную тушу. Странно, ведь цель описывали как уродливую копию тигра, а этот больше смахивал на ужасное подобие льва. Ну да, какая разница?

— Тебя-то мне и нужно засранец, — проворчал Иванов пытаясь поймать в прицел косматую голову твари. — Посмотрим, какой ты…

Лев рванул вперёд с такой скоростью, что за считанные секунды преодолел пятьдесят метров коридора, разделяющие его и охотника. Заряд замедлил его движение, но остановить так и не сумел. Монстр врезался в Иванова словно локомотив в дерево и отшвырнул охотника на десяток метров. В теле Иванова, к моменту приземления, практически не осталось целых костей и прежде, чем оно коснулось пола, человек был уже мёртв. Разъярённый хищник ещё некоторое время терзал свою жертву, а потом помчался дальше, отыскивать новую добычу.

Фельдман стоял на втором этаже и прислушивался к воплям, которые доносились откуда-то сверху. Человеческие крики время от времени перемежались жутким звериным рыком и панической стрельбой. Продолжая прислушиваться, Фельдман поднял к уху передатчик, чтобы послушать, о чём сообщает подчинённый.

— Тут, сука, настоящий ад! — попил тот. — Здесь, грёбаный тигр и он разрывает всех, кто попадает ему на глаза. И бляха-муха, никто не может в него попасть, потому что что он, сука, быстрый, как смерть! А ещё кто-то говорит, что снизу поднимается настоящий писец. Ах ты…

Передатчик громко зарычал и умолк. Фельдман задумчиво посмотрел на него, а потом отшвырнул в сторону. Достал из кобур два пистолета и несколько раз вдохнул-выдохнул.

— Кажется, пришло время сваливать.

Быстрым шагом он поднялся по лестнице, переступая лужи крови и остатки людей в спортивных костюмах и белых халатах. Третий этаж он пересекал бегом. Здесь воздух содрогался от мощного рёва, в котором терялись жалобные крики о спасении. Выше, вроде бы, пока было тихо.

Четверо верных людей стояли у закрытой двери с автоматами наизготовку. Увидев начальника они заметно обрадовались. Кажется, звуки снизу их здорово напрягали. И это они ещё не знают, что там происходит, мрачно ухмыльнулся «Бруно», иначе бы обосрались.

— Всё в порядке? — осведомился Фельдман и получив утвердительный ответ, скомандовал. — Выводите её.

Один из охранников зашёл в комнату и через несколько секунд выволок наружу взъерошенную Жанну. Та недобро оглядела своих тюремщиков и вызывающе уставилась на Фельдмана.

— Что? — угрюмо спросила она. — Явился меня пристрелить, сраный фашист? Вон, какую расстрельную команду собрал…

— Нет, — серьёзно ответил Фельдман. — Вы станете моей гарантией безопасности, хотя бы от одной проблемы. Сейчас и этого — более, чем достаточно. Однако, хватит трёпа. Живо на крышу.

Он устремился по ступеням, а следом двое парней поволокли упирающуюся Жанну. Замыкали группу двое, нервно оглядывающиеся назад и не убирающие пальцев с гашеток оружия.

Не обращая внимание на царящую кругом суматоху Марк Песков установил последний заряд и приготовился покинуть не в меру шумное здание. Он положил бесполезный уже трейсер на стол и подкравшись к двери кабинета, где находился, осторожно выглянул наружу. Здесь его поджидала весьма неприятная неожиданность в виде взлохмаченного парня с дробовиком в руках. Для Чипа эта встреча тоже оказалась неожиданной, однако его палец лежал на спусковом крючке и парню было пофигу, кого убивать: людей в спортивных костюмах или в чёрных комбинезонах.

Песков чертыхнулся и вскинул автомат, но опоздал: UTS 15 несколько раз громыхнул, и Марк отлетел назад. Бронежилет выдержал попадания, но подвёл шлем, пропустив пару зарядов. Этого оказалось вполне достаточно и у Марка осталось несколько коротких секунд, когда он пытался вспомнить, что обещал привезти младшему из «командировки». Потом это стало неважно.

Чип отшвырнул опустевший дробовик и снял с плеча автомат. Потом понёсся по лестнице, стараясь обращать внимание на каждую мелочь. Туда, откуда доносился грозный рёв и вопли погибающих сотрудников, он соваться не собирался: справятся и без его помощи. В чём причина рычания и криков, Чигракова тоже не интересовало: все пострадавшие работали в чёртовом заведении, а значит заслужили наказание. Карма.

Внезапно парень остановился и прислушался: точно! Сверху доносился знакомый голос и лицо Алексея задёргалось, точно у него начался нервный припадок. Потом парень прошипел:

— Бруно, дружище, ты то мне и нужен, мразь!

Теперь он почти бежал. Алексей совсем забыл о том, что десять минут назад отправил сигнал на детонаторы своих зарядов и через пять минут они сработают. Да это и не имело никакого значения. Главное — добраться до этого урода, чтобы змеи слов, выползающие из его чёрного рта, уже никогда не могли ползти к телефонным трубкам и отравлять чужие жизни.

Уже у самого подъёма на крышу, Чип вновь услышал ненавистный голос:

— Сейчас мы погрузимся на вертушку, — сказал Фельдман, — и улетим.

— Как, без меня? — заорал Чип. — Не хотите взять? Я вам пригожусь, мать вашу!

Парни, прикрывавшие отход, оказались настолько ошарашены появлением Чигракова, что открыли огонь на несколько мгновений позже его и были просто сметены длинной очередью. Щёлкнул затвор, показывая, что магазин опустел.

Двое громил, запихивающих Зорину в вертолёт, обернулись и навели на незваного пришельца оружие. Одним из них оказался тот самый, что пытал журналиста и стрелял в Машу. Узнав ублюдка Чип ощутил, как волна ярости захватывает его. Бесполезный автомат отлетел в сторону, и парень выхватил оба пистолета. В этот раз считанных мгновений не хватило именно ему, и враги начали стрелять первыми.