Чип с некоторым трудом вытащил руку из-под пледа и взял ладонь Марии в свою, ощутив приятную прохладу тонких пальцев. Девушка не стала вырывать руку, а просто улыбнулась.

— Скажи, — Чип решил задать один из тех вопросов, что больше всего волновали его, — ты не вызывала врача?

Улыбка тут же исчезла с лица девушки, и она осторожно освободила ладонь. Потом наклонилась и взяла что-то у изголовья лежащего парня. Когда Маша вернулась на своё место, в её ладони лежал ПСС «Вул». Тот самый, который Чиграков брал на последнее задание. Чёрт, а он даже не помнил, куда дел оружие, когда вышел из дома профессора.

— Лежал на соседнем сидении, — пояснила девушка и вздохнув, положила пистолет на диван. — Лёша, я не искала его специально, он просто попал на глаза. Согласись, это — не та вещь, которую можно не заметить.

Внезапно парень ощутил обморочную слабость. Нет, он не очень опасался того, что Мария могла вызвать полицейских или врача. В конце концов, такие вещи мог решить и его координатор. Другое…Парень решил, что узнав о его занятии, девушка однозначно не пожелает иметь с ним ни малейшего дела. Он потеряет её, так и не узнав ближе. Сраный мир показал ему красивую игрушку и тут же отнял, спрятал в закрытый шкафчик в дальней тёмной комнате. Алексей закрыл глаза, сдерживая мучительный стон. Сейчас он поднимет веки и увидит, что остался совершенно один в своём огромном, нафиг не нужном, доме.

Чип открыл глаза и встретил взгляд Марии. Девушка казалась спокойной и сосредоточенной. Она даже не сделала попытки отодвинуться.

— Я не вызывала врача, — сказала она. — И полицию я тоже не вызывала. Я не знаю, чем ты занимаешься и честно говоря, не горю желанием узнавать. Могу сказать одно, пока тебе не станет легче, я буду рядом.

Парень открыл рот, но сказать так ничего и не смог, потому что у него перехватило дыхание. Нет, вновь подумал он, это слишком хорошо, для того, чтобы оказаться правдой. Что можно сказать, как отблагодарить? В голову ничего не приходило, поэтому он ограничился банальнейшим:

— Спасибо.

Маша махнула рукой и вновь улыбнулась.

— Это ты сейчас так говоришь, а потом ещё горько пожалеешь, что не обратился к специалисту. И придётся тебе всю оставшуюся жизнь ходить с уродливой физиономией. Ни одна нормальная девушка не посмотрит в твою сторону, так что, в конце концов придётся жениться на страшнючей горбунье, ненавидящей весь мужской род.

Парень кивнул и спросил:

— Это ты себя имела в виду? Ну. Когда про горбунью?

Маша вскочила на ноги и свела брови к переносице.

— Ах ты, неблагодарная скотина! Я потратила на тебя лучшие часы своей жизни, а ты ответил жуткой неблагодарностью. Всё, это — развод и я забираю половину твоего имущества. Скажем, этот дом и машину.

Чиграков смотрел на неё и чувствовал, как у него перехватывает дыхание. Девушка была в одной рубашке, которая прикрывала её тело до середины бёдер, позволяя видеть большую часть длинных стройных ног. Волосы, ранее собранные в хвост, Мария распустила, и они свободно лежали на округлых плечах, обрамляя загорелое лицо тёмным ореолом. Ещё при первой встрече Чип заметил, что его гостья симпатичная девушка, теперь же он окончательно убедился в том, что она — настоящая красавица.

Парень так увлёкся, рассматривая девушку, что не сразу понял, о чём она говорит. А когда сообразил — похолодел.

— Прикольный у тебя телефон, — говорила Мария, — только странный какой-то. Я пыталась позвонить, ну, просто давно по такому монстру ни с кем не общалась. Так в трубке тихо. Решила, что это — обычный муляж. А пока ты валялся в отключке, это чудовище начало звонить.

«Нет! — взмолился про себя Чиграков. — Только не говори, что ты подняла трубку. Только — не это!»

— Решила поднять — всё-таки странно, — Маша улыбнулась. — А там — какой-то Бруно. Кажется, он немного удивился. Голос у него неприятный, а так — дядечка ничего себе, мы с ним немного потрепались. Спросил, как у тебя дела. — только теперь Мария заметила, что с лицом у её пациента не всё в порядке и поспешила успокоить. — Ты не переживай; я ему ничего не рассказала, просто объяснила, что ты — спишь, а как проснёшься — перезвонишь. Что случилось?

Чип отбросил плед и сделал попытку встать. Получилось, но не с первого раза. Парень застонал и опустил ноги на пол.

— Помоги, — он протянул руку, и Маша приблизилась. Лицо девушки отражало непонимание и тревогу. — Нужно срочно убираться отсюда.

В этот момент из открытого окна донёсся шум подъезжающих автомобилей.

Арсений Фельдман сел в кресло для посетителей и громко выдохнул, продолжая рассматривать хозяина кабинета. Взгляд его был настолько тяжёл, что Сергей Александрович Малов почувствовал себя маленьким кроликом, которому не посчастливилось оказаться в обществе голодного удава. Фельдман окончательно сбросил маску послушного исполнителя и теперь его лицо отражало предельную брезгливость пополам с раздражением.

— Послушайте, Малов, — сказал посетитель, в конце концов прервав тягостное молчание, — вы же — достаточно опытный человек, так объясните, как им образом ситуация могла полностью выйти из-под контроля? Я, хоть убейте, не могу понять. Может быть просто что-то выпустил из виду?

— Бруно, — начал директор, но Фельдман раздражённо прервал его.

— Да бросьте вы! — проворчал Арсений. — Даже если нас кто-то подслушивает, то хуже уже не станет, потому что, хуже просто не может быть. И поверьте, мне не нужны какие-то оправдания, это был простой риторический вопрос. Вы же знаете, что такое риторический вопрос?