А потом начался бег. Сначала до конца коридора, к лестничным пролетам. Затем вниз до площадки с большой цифрой - '2' на бетонной стене. И дальше уже по новому коридору с отчетом комнат от пройденного входа-выхода.

– Раз, два, три, четыре, пять. Вот она. Это здесь.

Не останавливаясь я ворвался туда, держа пистолет перед собой. И сразу же остановился, уставившись на кучку докторов, в голубых халатах, шапочках и масках на мордах, стоящих вокруг операционного стола. Тут же находились подставки на колесиках, где лежали довольно зловещего вида инструменты, хищно блестевшие хромом.

Капец. Ну чисто пыточная.

– А ну отвалили все нахрен!
– заорал я, потрясая оружием.
– Все отошли к стене! Стреляю без предупреждения!

Шестеро из семи сразу же выполнили приказ, шустро выстроившись справа в один ряд. Седьмой, последний, находившийся у изголовья, не стал ничего предпринимать, оставшись на месте.

Я взглянул на лежащее тело. Все за исключением головы скрывала белая простыня. Это была Анька. С закрытыми глазами, убранными назад волосами, бледная, но несомненно она.

– Приводи ее в чувство!
– сказал я, обращаясь к главному доктору, указывая стволом на подругу.

Карие глаза на лице, полностью скрытой медицинской маской изучающе пробежались по мне, словно оценивая решимость противника.

– Не сомневайся. Если что завалю вас тут всех, - угрюмо пообещал я, вновь беря на прицел замершего у стола хрена в голубом.

Тот молча кивнул. Подошел к одному из подносов на колесиках, взял шприц и профессионально сделал лежащей девушке укол.

– Сколь ждать?
– спросил я, пытаясь уловить шум за дверьми в коридоре.

Что-то никто так и не идет спасать местный персонал. Это тоже очень напрягало. Как бы засаду не организовали на разбушевавшихся пациентов. Перестреляют из-за угла и всех делов.

– Недолго, - ответил доктор, делая осторожный шаг назад.

Я наоборот приблизился. И сразу же пораженно застыл. То, что раньше принималось мною за целую простыню, оказалось двумя полосками белой ткани, уложенных впритык друг к другу за исключением центра, где оставался просвет.

Но меня изумило не это, а голый живот Аньки с множеством нанесенных темным маркером линий на коже.

– Это что такое? Вы что, по ним собирались ее резать?
– приглушенным голосом спросил я.

Бред оказался не бредом вовсе. Тут и в правду творилась нехорошая хрень. Людей в натуре резали, как скот.

Я с неприкрытой ненавистью уставился на мясника, напротив. Руки сами подняли пистолет на уровне груди.

– Ах вы больные ублюдки! Да вы тут все спятили! Гребанные психи!

Главный что-то промямлил. Я лишь услышал слово - 'наука' и мне этого было достаточно.

Щелкнул курок. В комнате громом раздался выстрел. Отдача дернула руки назад, задирая ствол к потолку. Запахло сгоревшим порохом. На чистой поверхности голубого халата хирурга появилась маленькое пятнышко, стремительно увеличившееся в размерах от хлынувшей крови.

Не удовлетворившись одним выстрелом, я еще несколько раз нажал на курок, пока тот наконец не рухнул назад на спину.

Меня охватила дрожь. Никогда до этого не убивал людей. И эта мысль начала стремительно овладевать разумом, вгоняя в ступор оцепенения.

Я стоял и смотрел на лежащее тело с множеством пулевых ранений и не знал, что делать дальше и не в силах отвести от мертвеца взгляда.

– Вик?
– раздался сбоку голос.
– Что случилось? Где мы?

Медленно, как в замедленной сьемке моя голова повернулась на звук. Анька очнулась и теперь приподнималась, оперившись на локти.

Ее испуганный вид, моментально придал мне силы, волевым усилием заставив выбросить из головы лишнее.

– Ты, снимай халат и давай его сюда, - приказал я одной фигуре из тех, кто все так же стоял у правой стены операционной.

– Что происходит?
– снова спросила Анька уже окончательно придя в себя и с удивлением оглядываясь вокруг.

– Ничего, все в порядке, - ответил я.
– Уже в порядке. Но нам надо уходить отсюда, как можно скорее. Держи, оденься.

Передав ей голубой халат, я помог девушке слезть со стола.

– Всем развернутся спиной, встать на колени, положить руки на голову, - сказал я оставшимся в живых докторам, недвусмысленно поводя в их сторону еще горячим стволом.

Это подействовало. Как один, упыри, дружно повернулись, упав на пол чуть ли не быстрее, чем прозвучали слова приказа.

Гребанный мясники... Кончить бы их всех прямо тут... Да боюсь решимости уже не хватит. А жаль...

– Оделась? Пошли, - я потянул подругу к выходу, поддерживая, приобняв за талию.

Мы вывалились в коридор и двинулись в направлении выхода.