– А кому, по-вашему, есть что?

– Егор Михайлович, я всего лишь курсант и на обучении чуть больше 8 месяцев. Отношения с коллегами и тренерами у меня разные, но поводов подозревать кого – то я не имею из-за банального недостатка информации и опыта.

– Это верно. Например, Шаурин, мягко говоря, вам не симпатизирует. А теперь и шеф, а еще девушка – Александра.

– Вот это наблюдательность.… В смысле, наверное, здорово так быстро анализировать увиденное.

– Подчас слишком утомительно, но оно того стоит. Не будь я столь «наблюдательным», вас бы здесь не было. Это я рекомендовал сделать вам предложение пройти программу подготовки. – сказал он в ответ на мой вопросительный взгляд. – И вы превзошли все мои ожидания.

– Спасибо.

– Это вам спасибо. Что согласились. А теперь, идите спать – завтра будет длинным.

На удивление, после этого странного разговора мне легко удалось уснуть.

Полное сканирование организма, беседа с психиатром, на десерт – допрос, но не со старым – добрым детектором лжи, а с томограммой мозга – захочешь, не соврешь. В штаб нагрянула толпа специалистов, ведь провести проверку требовалось в кратчайшие сроки.

– Свободны.

Десяток датчиков отсоединили и, на трясущихся ногах, я покинула кабинет.

– Ну, как ты? – Кира плюхнулась рядом.

– Колотит немного. А с тобой что?

– Они спрашивали о личных привязанностях. Что ты ответила?

– Да. Это же очевидно. Вот, например, с тобой мы дружим, с Сашей у нас взаимная ненависть.

– Я тоже ответила «да». Может, не стоило?

– Врать не стоило, Кира, так что правильно сделала. Толпа специалистов нагрянула не для того, чтоб узнать с кем мы спим, – я обняла ее.

Я ужасно переживала за Диму, даже не смотря на то, что он заверил – проблем не возникнет.

– Ладно, идем. Мы не ели весь день.

– Я хочу остаться, С Димой еще не закончили…

– От того, что ты упадешь в обморок от слабости, лучше ему не станет. Идем – она потянула меня в столовую.

Ковыряясь вилкой в пюре, я краем уха слушала, как ребята обсуждали прошедшую проверку. На нас – новичков, ушло немного времени, всего лишь по 12 часов на каждого, а вот агентов будут проверять гораздо усерднее.

Все ушли спать, а я осталась сидеть на диванчике напротив Диминой палаты. А вот, открыв глаза, обнаружила, что лежу в палате, а Дима спит рядом.

– Выспалась, принцесса? – или не спит.

– Дима, все нормально?

– А ты думала, я шпион? – он насмешливо поднял бровь, – Все нормально, настолько, насколько возможно. Реальных-то результатов нам не узнать.

– Не стоило нести меня, твоя нога…

– Уже в порядке. Кажется, мы одновременно получим допуск. Кроме того, как я мог не воспользоваться таким шансом, провести с тобой ночь?

Я хихикнула, и напряжение начало спадать, впрочем, так бывало всегда рядом с ним.

Следующих сутки мы ждали результатов. Отсутствие новостей, необходимость находиться в замкнутом пространстве без возможности попросту выйти на улицу сводило с ума.

– Дима, может, сделаем перерыв? – третий час мы меряли шагами коридор. Он упрямо отказывался от костылей, а потому, единственной опорой ему служила трость. Моя рука не в счет, ведь ее он лишь деликатно держал в своей.

– Устала?

– Я –то нет, а вот ты слишком перенапрягаешься, после ранения прошло лишь 10 дней. И врач со мной солидарен.

– Он согласился дать мне допуск.

– Типа, он мог поступить иначе. Бедный доктор до смерти тебя боится.

– Правда? – он засмеялся, – А я не замечал.

Включилась сирена.

– Что…, – я не успела закончить, Дима дернул меня за руку, увлекая обратно к рецепшену.

– Периметр скомпроментирован, кто – то пытается сбежать.

– Этого не может быть. Они ведь могли ошибиться! Могли! – я обнимала ее, легонько укачивая. Перед глазами была пелена. Это и правда невозможно.

Несколько жутких часов изменили все.

– Дим, вызови пожалуйста сестру.

Наши с Димой взгляды пересеклись, он покачал головой. Я хотела что – то сказать, но слова застревали в горле. Любая фраза, из приходивших на ум, вызывала тошноту. Наконец появилась медсестра.

– Закатайте рукав!

– Н..

– Кирюш, – Дима склонился к ней, – это просто «горячий укол», ты не уснешь, просто…Немного отпустит.

Я подтянула рукав ее реглана повыше и медсестра сделала укол. Дима слегка слукавил – в шприце был не стандартный релаксант, а успокоительное – ей надо поспать. Худшее еще впереди. Мы уложили ее на койку в палате, и вышли в коридор.

– Димка, я не знаю, что с ней делать! – я зажмурилась, но слезы покатились по щекам. Он обнял меня.

– Все будет нормально, – он потянул меня за собой, – пошли перекусим.