Я лишь пробормотала «Спасибо» и вышла за дверь.

– Как ты могла так опоздать? – рядом возникла великолепная Кирина фигура. Мы с ней сдружились, чуть ли не с первого моего дня в штабе. Две противоположности и по нраву, и внешне, но не разлей вода.

– И не спрашивай… Я поставила тачку подальше, чтоб ее не заметила Лида, а какой-то урод запарковался так, что мне было не выехать. Пришлось ждать, пока он спустится, ну а потом…

– Кэт, ну что за детский сад? Долго ты собираешься играть в «менеджера по туризму»? А когда начнутся выезды?

– А потом я разбила машину какого – то парня…

– Какого? Где? Он жив? Что ты ему сказала?

– Жив, слава Богу, ничего страшного. Он, судя по всему, тоже агент. Я въехала в него на парковке. Зовут Дмитрий.

– Блин, даже не знаю, кто это, – Кира умудрялась знать абсолютно все и обо всех, ни капельки не напрягаясь. И при этом никогда не распускала сплетни. Такое вот ходячее противоречие.

Мы уже переоделись и подходили к залу. Новички тренировались в одном зале с агентами, так они могли передавать нам опыт, не отвлекаясь от поддержания собственной формы. По всем дисциплинам преподавателей не было – нас всему учили оперативники и аналитики. Зал представлял собой микс ультрасовременных тренажеров и рингов а над ним за стеклами находился центр управления – сердце нашего штаба, доступ в который нам, по понятным причинам до поры до времени был закрыт.

– Нифига себе! – Кира аж остановилась, – вот это уровень!

На ринге тренировались шестеро парней. Один из них надел самую противную балаклаву из всех, которые только существуют в нашей экипировке. Она была оснащена прибором, меняющим голос, фильтром от всяческих химикатов, защитными линзами, но дышать в ней было настолько тяжело, что уж просто бежать трусцой в ней настоящая пытка. Стоит ли говорить, как часто нам приходилось в них тренироваться? Но удивительным было то, что поверх линз у парня была повязка – он не видел совершенно ничего, но без труда оборонялся от пятерых «нападавших». Что – то в нем показалось смутно знакомым, и уже через несколько секунд я поняла что это мой утренний знакомый.

– Я туда не пойду! – зашипела я Кире в ухо, – это ОН!

– А он секси, – Кира многозначительно взглянула на меня – ты покраснела, милая.

– Ничего я не..

– Эй, так и будете там стоять? – Артем усмехнулся, – Ты ведь не обидишь наших птичек, а Димон?

Дима снял повязку с глаз и балаклаву, обвел презрительным взглядом своих поверженных противников.

– Никуда не годиться. Пойдет так и дальше, заменю всех. Свободны!

Сконфуженные парни покинули ринг. Каждого из них я знала лично – они лишь недавно закончили обучение и были лучшими из нас. Потом Дима перевел взгляд на ухмыляющегося Артема.

– Где вы их берете, я не пойму. Шаурин дождется, что смены просто не останется и, – тут он наконец заметил нас, – только не говори что это тоже наши будущие опера. Детский сад.

Он спрыгнул с ринга и вышел.

«Он даже не узнал меня» – тоскливо пронеслось в голове. Уже подтянулись остальные.

Артем развел руками.

– Ладно, птенчики, время учиться летать! – он кивнул на беговые дорожки – Вперед!

Артем занимался с нами в зале, а также во время боевых симуляций, представляющих собой разнообразные типы заданий в условиях реальном времени. Например, полоса препятствий по колено в грязи, оборона или захват здания (каждый раз с разной планировкой), пейнтбол, скалолазание и погружение с аквалангами. Последний пункт, к счастью, пока оставался на будущее. Еще мы получали навыки управления всеми видами транспорта от автомобиля до яхты. Вначале на тренажерах, а уж потом на выездах, но все это нам преподавали уже другие агенты.

После тренировки я провела еще несколько часов за изучением английского, французского, китайского, а уж потом мы отправились в тир.

Обучение длилось по 12 часов 6 дней в неделю и занимало от года до двух. В оперативном отделе было 10 уровней подготовки до допуска в курсанты, и после каждого отсеивались по несколько человек. Им предстояло подписать акт о неразглашении и навсегда забыть о работе агента. Пару раз я чуть не оказалась в их числе, но сумела все – таки удержаться наплаву и вот уже полгода я курсант. Это значит, теоретически, я уже могу участвовать в миссиях, как только мой куратор решит, что я достаточно для этого подготовлена.

– Мммм, – Кира адски извернувшись застегнула молнию на платье, – Как я выгляжу? Мы с Максом идем в клуб, какой – то новый. Может с нами?

– Нет, я жутко устала. Кажется, крепатура будет преследовать меня всю жизнь. Кроме того, хочу еще поплавать, а уж потом домой и спать.

– Ты мне не нравишься, Кити. Никуда не ходишь, вся в этом обучении. Неужели ты все еще сохнешь по Андрею? Этот мудак, так поступил с тобой – давно пора на него забить.

– Ни по кому я не сохну. А забить на него проблематично, как ты понимаешь. Нам еще вместе работать, если я пройду обучение.

– А чего это не пройдешь? У тебя замечательный рейтинг и, если б ты попросила заменить тебе куратора…

– Мне бы сказали, что моя личная неприязнь мешает учебе. Ты сама знаешь, как тут относятся к каким – либо отношениям на работе. И, это ведь он меня сюда привел. И вообще…

– Нет, деточка, это ты себя сюда привела своей головой и хуком слева, – перебила Кира, – а будешь и дальше позволять на себя наезжать, я попрошу Макса поговорить с шефом. Честное слово!

– Даже не думай. Все в порядке. Было бы, если б Андрей не хотел меня вернуть, – пробормотала я, – хорошо вам погулять. Пока, дорогая, – я чмокнула Киру в щеку и быстро вышла из раздевалки, пока она не начала опять что – то говорить.