Билборд остался позади, и она сделала правый поворот на Железнодорожное шоссе, довольно узкую улочку для такого громкого названия, а затем свернула в еще более узкую.

Квартира тети находилась на улице Михаила Соловцова. Тетя прожила здесь почти всю жизнь, часто в разговоре вставляла: «у нас на Черной горе», «помню, когда на Черной горе», «начиная с Черной горы» и другие подобные фразы. Когда Оксана стала жить у тети, ее заинтересовало название этой местности, которую и горой назвать очень сложно – небольшая возвышенность. Тетя тут же рассказала ей несколько ужасных историй, будто бы связанных с этой местностью, и подытожила:

– О Лысой горе, где ведьмы собираются, слышала? Она здесь неподалеку, но то, что там происходило, не идет ни в какое сравнение с тем, что творится на Черной горе! Поэтому на работе не задерживайся, возвращайся до темна.

Хитросплетение прилегающих кривых, узких улочек, часто заканчивающихся тупиком, и то, что здесь вечерами словно вымирала жизнь, заставили Оксану поверить в страшные сказки тети, пока она не удосужилась прочитать во всезнающей Википедии, что название этой местности было связано с черноземным слоем почвы.

Тетя любила читать, фантазия у нее хорошо работала, и Оксана порой не могла отличить, где та фантазирует, а где говорит правду, независимо от того, касалось ли это ее здоровья или событий жизни. Иногда тетя «вспоминала» такое, что Оксана не выдерживала и «ловила» ее.

– Тетя, как у вас мог быть любовный роман с военнопленным немцем, оказавшимся испанцем, если вы 46-го года рождения, а немцев репатриировали на родину в 50-м году?

Тетя была бездетная, но муж у нее когда-то был, однако время, которое она с ним прожила, варьировалось от ее настроения, как и его образ: то он представал ревнивым Отелло, то романтическим Ромео, а то просто подлецом, которого увела лучшая подруга-сволочь.

За ужином тетя неожиданно спокойно восприняла известие, что Оксана на недельку отправится в командировку.

– Через пару деньков в Киев приедет моя школьная подруга, она сейчас живет в небольшом городишке на Волыни. Ты не будешь возражать, если она поживет в твоей комнате в твое отсутствие?

– Тетя, могли бы и не спрашивать. Конечно, без проблем!

– Мы с ней были очень дружны в школе. И после нее, пока она не вышла замуж и не уехала… Или уехала по распределению и там вышла замуж? Уже не помню. Зато какие у нас с ней были приключения…

И тетя пустилась в воспоминания. Оксана ее слушала вполуха, размышляя о завтрашней поездке и непростом задании.

Утро для Оксаны началось со звонка Вероники.

– Здравствуйте! – услышала она несмелый голос девушки. – Извините, что вас беспокою.

– Рассказывай, что стряслось. – Оксана понимала, что просто так девушка не стала бы ей звонить. – Хотя сомневаюсь, что смогу чем-нибудь помочь, – уезжаю в командировку.

– Я получила письмо от Лены.

– Это хорошо. Твоя подруга жива и здорова и дала о себе знать. Куда она уехала?

– Мы не могли бы с вами встретиться?

– Это проблематично, через несколько часов мне надо быть в аэропорту. Что тебя беспокоит?

– Я хотела бы показать вам это письмо.

– Если там что-то не так, покажи его Бакуменко, оперативнику, которому поручен поиск твоей подруги.

– Боюсь, что он не захочет понять, насколько это серьезно.

– Хорошо, но у меня мало времени. Где ты находишься?

– В центре, на Крещатике.

– Встречаемся через полчаса на Лыбедской площади у «Океан-Плаза». Успеешь доехать?

– Мне добираться на метро десять минут.

– До встречи.

Подъезжая, она заметила Веронику, стоявшую возле подземного перехода, но там уже скопились автомобили, и Оксана, просигналив девушке, проехала вперед, где нашла место для парковки. Выйдя из машины и увидев спешащую к ней Веронику, Оксана махнула рукой в сторону открытой площадки кафе. Быстрым шагом подошла к окошку и взяла два эспрессо.

– Умираю, так хочу кофе, – пояснила она и протянула стаканчик с ароматным напитком подошедшей Веронике. Они устроились за столиком.

– У меня мало времени, – напомнила Оксана, изучающе глядя на сидящую напротив девушку. Несмотря на то что Вероника несколько запыхалась от быстрой ходьбы, внешне она казалась более спокойной, чем вчера. И лишь когда девушка заговорила, по интонации ее голоса стало понятно, что она на грани истерики.

– Извините, что отрываю вас… – начала девушка, но Оксана прервала ее прелюдии: