— Нет. Только я. И если я права, то клянусь, что буду молчать. На меня ты можешь положиться, честное слово.

И я верила ей. И жалела, что не обратила на неё внимания раньше.

Она осушила стакан апельсинового сока и вдруг увидела кого-то, входящего в столовую. Потом улыбнулась мне.

— Они с Шарлоттой идут. Я, наверное, пойду…

— Можешь остаться, — заверила я её, но та уже поднялась со своего места и махнула мне рукой на прощание. Я ответила ей тем же.

Томас и Чарли что-то бурно обсуждали, неся свои подносы к моему столику. Я чуть отодвинулась, хотя мест и так было достаточно.

— Ты говорила с Бриджет? — удивлённо поинтересовался Томас, усаживаясь на стул.

— Мы помирились, — сообщила я. — И, может, даже подружились.

Чарли открыла рот от удивления.

— Что такого? — фыркнула я. — Тебе сейчас муха в рот залетит.

— Нет тут никаких мух, — возразил Томас, беря в руки гамбургер.

— В смысле… как помирились? Она же тебя на дух не переносила.

— Иногда достаточно просто поговорить, — сказала я. Шарлотта изумлённо изогнула бровь. Казалось, таких слов она от меня не ожидала. Да я и сама такого от себя не ожидала. Странно.

— Так какая у тебя идея была? — обратилась Чарли к Томасу.

— Неплохо было бы обыскать комнату Хейли.

Моя подруга поперхнулась от неожиданности и, наверное, от негодования.

— Ты издеваешься? Хейли… Хейли — мертва! Каким образом она может быть связана с гибелью Джо?

— Ещё раз спрашиваю тебя: ты помнишь, как погибла Хейли? — резко спросил Томас. Шарлотта поникла.

— Да, — ответила она.

— Может, тогда скажешь, какого чёрта она попёрлась на тот шабаш? Или признаешься, что ты всё выдумала?

— Томас! — предостерегающе прикрикнула я.

— Ничего я не выдумывала! — воскликнула Чарли. — Да, то был шабаш. Она была с незнакомыми мне людьми. У них был костёр. И они создавали какой-то круг. Но у них не получилось. Потому что появилась я, Хейли меня увидела, и…

Шарлотта уронила лицо в ладони. Кажется, она снова начала рыдать. Воспоминания о том дне ничего, кроме слёз, у неё не вызывали.

— Сегодня я хотела съездить на её могилу, — сквозь всхлипы сказала она. Я посмотрела на Томаса, ожидая, что он на это скажет. Тот кивнул.

— Мы съездим вместе после уроков. Хорошо?

***

Шарлотта не ожидала с нашей стороны такой поддержки.

Да и я не ожидала, что с нами потащатся ещё Билли и Лекса. Нет, я называю их не потому, что они пара. Вы что, Лекса никогда не станет встречаться с Билли. Да и Билли она не нужна. Да и вообще это глупая затея.

Честно говоря, я терпеть не могу все эти кладбища. Могилы, увядающие цветочки… тоска зелёная.

А ещё темно. Я не знаю, почему сегодня стемнело быстрее, чем раньше. Но сам факт: темная глушь с мертвяками и компания подростков-неудачников. Думаю, это должно стать блокбастером. И да, в конце все умрут. Наверное. Все ведь мы когда-то умираем, и вопрос лишь в том, каким образом? Кто-то умирает от неизлечимой болезни, причём речь не только, например, о раке. Неизлечимой болезнью может быть и любовь. А кто-то погибает от руки врага, который может быть и бывшим другом. Друзья ж так любят предавать.

— Мне кажется, что мне не по себе, — пробормотал Томас, вцепившись руками в руль.

— Знаешь, ты меня удивляешь с каждым днём всё больше и больше! — откликнулась я. — Я тебе не говорила?

— Наверное, я забыл, — ответил он.

— Наверное.

Мы вышли из машины и направились к пункту назначения. Шарлотта несла в руках небольшой букетик цветов. Я не понимаю эту традицию. Зачем мёртвым цветы? Неужели живые думают, что они способны скрасить загробную жизнь, если та вообще существует? Но Чарли меня слушать всё равно не будет. Знаете, иногда мне и впрямь кажется, что подозрения Билли возникли не на пустом месте, но я тут же отбрасываю от себя эти мысли. Шарлотта просто очень серьёзно подходит к выбору, вот и всё.

Вот она нашла могилу Хейли, присела на корточки, аккуратно уложила букет. И уставилась на надгробный камень, на котором ничего особенного найти было нельзя. Имя, дата рождения, дата смерти. Вот в общем-то и всё. Но даже идиоту должно быть понятно, что этот памятник для близких Хейли — не просто громада с каракулями. Это действительно доставляет боль.

Нашей подруги нет. Моей подруги нет.

По щекам Чарли текли слёзы.

Я положила ей руку на плечо. Просто хотела, чтобы она чувствовала, что она не одна. Хейли нет, но есть мы, и нас у неё отнять ни у кого не выйдет.

— Всё в порядке, — прошептала она. — Правда.

— Нет, Чарли, — возразила я. — Уж я-то знаю, когда ты врёшь.

— Вы там долго ещё? — поинтересовался Билли. Я отошла от подруги, повернувшись к нему лицом.

— Тебе куда-то спешить пора?

— Нет, но… здесь жутковато.

— Это обратная сторона нашей жизни, — сказала Лекса. — Здесь просто не может не быть жутковато.

— В жизни тоже много жуткого, — добавил Томас. — Вообще, сама жизнь — жуткая штука.

— Философы, блин, собрались, — Билли потёр рукой лоб. — Цветы положили? Поностальгировали? Давайте сворачиваться.