– А вот Вы посмотрите на этот чудесный прибор. Уважаемый Николай Николаевич - указывает на лампу, где корпус спрятан в коробке, Мальцев.

– Новая Аргандова лампа - градоначальник, подходит и принюхивается - а чем вы её заправили, что не так смердит?

– Нет, это совсем другой прибор и мы хотим наладить производство в Туле. Как вы на это смотрите?

– Очень хорошо, но что Вы предлагаете?
– Добрынин.

Вот жук. Э то типа вам надо, а раз надо платите. Но Мальцев это не я, тут его на мякине не проведёшь.

– Мы пришли к мнению , что ваши мастера по самоварам с этим лучше справиться. А стекло будут выпускать у меня в Дятьково - Иван Акимович.

– Так какую помощь Вам от меня надо?
– Николай Николаевич.

– Мы хот им продать привилегию на торгах. А Вам, уважаемый Николай Николаевич, десять процентов за помощь в проведении - Мальцев.

Все нюансы, обворачивая в словесную шелуху, обговаривали ещё долго. Причём Добрынин настаивал на увеличении своей доли. Но тут Мальцев в мягкой форме, вот же умеет, учиться мне ещё и учиться, напомнил, что и счёт за печь может вырасти до ...дофига в общем. Договорились через день, во второй половине дня, провести аукцион и сразу закрепить договором. Дальше просто сидели за столом. О пробовали самовар, поговорили обо всём, но я о тмалчивался. Отвечал односложно под тем предлогом, что "молодо му человеку с уважаемыми мужами и так больш ая честь сидеть за одним столом и мудрость внимать надо, а не говорить".

Через день собрались у Добрынина некоторые именитые купцы города. В се в огромных шубах и шапка, разва лились на диване и стульях. Как их только Добрынин сумел в такой короткий срок собрать? А скорее они пришли посмотреть и познакомиться с Мальцевым. Узнать, зачем знаменитый олигарх, пожал овал к ним и не угрожает ли это их торговым делам.

После многочисленных расклан иваний и приветствий, которые так любят здесь и которые так бесят меня , расселись . Перезнакомившись со всеми, среди них Лисицын, Морозов, Попов, Медведев, Ломов, братья Баташевы и другие. Приступили к обсуждению лампы. Сначала всё думали, что это Аргандова лампа, она стояла в углу в окружении других, я так попросил.

Я перенёс и поставил её на стол перед собой. Просунул руку под коробку и увеличил пламя, а значит и освещённость. Шепотки смолкли. В се бородатики и усатики уставились на меня и лампу . Самое интересное, что полностью бритыми были только мы с Мальцевым. Увидев такой контраст, когда 15 бородатых и усатых мужиков, окружили двух безбородых, перед которыми ярко светит керосиновая лампа, а по углам полумрак, я чуть в истерику от смеха не зашёл ся. Тоже мне Данко Горького нашё лся. Неимоверным усилием заставил себя настроиться на серьёзный лад.

– Я хочу продать привилегию на выпуск, вот такого осветительного п рибора - начал я.
– Он работает совсем на друго м принципе, чем Аргандова лампа. И как видите, и светит лучше и почти не воняет. Одна заправка ёмкости пол уштоф даёт возможность светить 40 часов. Начальная цена три тыся чи рублей ассигнациями - произнё с я. Цену на первый раз решил не задирать, но и дарить не собирался. Чёрт его знает, как тут у них это делается? А я даже не поинтересовался заранее, олух. Делать нечего, решил сделать так, пусть привыкают. Одним слухом обо мне больше или меньше, мою репутацию уже не спасут. Да и спасать не надо. Тем более с таким "тяжеловесом" рядом.

– А почему господин Мальцев не хочет это сам выпускать?
– через некоторое время, проведённого в тишине, спросил Ломов.

– Буду, но только стё кла - отвечает.

– Ну а почему не полностью?
– один из братьев Баташевых.

– Как Вы знаете, я недавно наладил выпуск оконного стекла - спокойно начал Мальцев и замолчал.