– Отказался? Молодец.

– Угу. Отказался, и в результате денег стало больше.

– Как это?

– Так я отказался от своих отчислений. То есть лекцию эту может смотреть любой бесплатно. Библиотеки, которые имели права на распространение, получили в результате большой прирост аудитории. Ну и отстёгивают, сколько положено. Так вот и получилось… Такие дела.

– НОК-центр тоже теперь, если не мегазвезда в научном мире, но… эталонный образец успеха, как минимум.

– Ну это на меня не вешай – вы сами с Вовой виноваты.

Говорили обо всём и ни о чём ещё достаточно долго. Единственное, что не обсудили – предстоящий отлёт. Сергей был благодарен за это молчание. Именно об этом он думал и именно об этом он говорить боялся. Проклятая неопределённость. Самое страшное – никто в этом не виноват. Снова дорога по тонкому льду, и снова не совсем ясно – куда он идёт и зачем. Что там будет и нужно ли это ему.

Сергей оглядел зал. Некоторых уже не было. Не было и Кристины.

«Что ж, это – к лучшему. Кто она мне? Скоро отлёт. Программ, версий, гипотез много, но что впереди, на самом деле никто не знает. На этот раз хорошо уже то, что я не один. Есть попутчики. Они сильные, смелые, преисполнены чувства ответственности за порученную им историческую миссию и мне тоже нужно преисполниться, хотя, по сути, я – не избранник, а просто ссыльный. У меня самый длинный в истории человечества этап… Значит и Ёлка для меня – это излишняя роскошь».

Он поймал себя на мысли, что начинает по-новому смотреть на команду корабля.

Вон весело смеётся Саманта. Совсем недавно она была признана лучшим пилотом десантного бота среди всех трёх команд претендентов. На неофициальных соревнованиях она чисто прошла основную программу, пропустив вперёд только Смита и Берна. Но потом она устроила в показательных выступлениях настоящую феерию из головокружительных кульбитов под песню Мирей Матьё «Женщина в любви».

О чём-то вполголоса спорят Вил с Вовой Берном, неожиданно вошедшим в состав первой команды. Про него многие говорят, что он один из лучших в мире инженеров и может разобрать, и снова собрать «Путника» … и они недалеки от истины.

Джон Смит… Сергей невольно улыбнулся, глядя на капитана. С виду – этакий простецкий увалень, но он обладает железной волей и просто потрясающей находчивостью. Однако главное его качество – надёжность.

«Чак Журден, Умер Садыков, Мира – господи, какие люди! Может я и ссыльный, но зато с попутчиками у меня всё в порядке».

Глава 62

Волк выскользнул из зала и не спеша потопал к себе. Никто не окликнул – не заметили… или сделали вид, что не заметили.

«Они ещё умеют всё понять, и проявить чуткость… определённо повезло с командой».

Должно было включиться общее освещение комнаты, но не включилось. В темноте тихо шуршали волны, мягко накатываясь на берег. По поверхности воды пробегали всполохи фосфоресцирующего света. Они были единственным источником света. Кто-то перепрограммировал секретаря? Это ещё один сюрприз ко дню рождения?

Нет. В комнате ощущалось чьё-то присутствие. Он ещё не осознал, кто это, но в груди мягко стукнуло.

Глаза уже привыкли к темноте. Очередной всполох света чуть заметными мазками очертил фигуру…

– Я не уйду… – предупредила Кристина.

– Я не гоню. – Сергей сам удивился тону, которым он сказал эти слова.

– Поиграем?

Он утвердительно кивнул, ощутив почти болезненное разочарование – слово означало, что психолог задаёт вопросы, а пациент отвечает. Этим любила злоупотреблять Татьяна. У Ёлки это было впервые… вопросы были необычными.

– Тебе плохо?

– Хорошо.

– Держишь марку?

– … Н-нет…

– Что-то мешает?

– Ностальгия.

– Почему бы не съездить в родной город?

– Боюсь увидеть покойника… нет, я не то сказал. Моего города уже давно нет. Там есть другой город… всё другое… страна другая. Это ностальгия не по месту – по времени.

– Было лучше?

– Хуже… намного… но это моя жизнь.

– Ты запнулся. Почему?

– Потому что сейчас тоже моя жизнь.

– Ты чувствуешь напряжение?

– Ничего сверхнормативного.

– И что там, в пределах нормы?

– Не хочу улетать.

– Откажись.

– Не могу. Я должен – поговори с Кудринкой. Предупреждаю сразу – он прав.

– Кудринка подал в отставку.

– Ты спрашиваешь?

– Я говорю. Об этом почти никто не знает… Вил, Вова и я… теперь ещё ты. Шауша … всю его группу расформировали. Его самого сейчас проверяют. Говорят, что его могут лишить всех званий. Странное дело. Все заседания – закрытые. Единственное, что ясно – без Кудринки дело не обошлось.