– Охо-хо-хо. Будет тебе замена, а пока одевай то что есть.
– Девушка смиренно стала натягивать на себя одежду не первой свежести, и если кожаные брюки в обтяжку были ещё терпимы, то вот сорочку можно использовать только в роли половой тряпки при уборке подвала. Пришлось выделить девушке свою футболку, опоясав которую моим ремнём вполне можно было бы выдать за тунику. Фривольную такую тунику, натянутую на грудь третьего размера, без лифчика.

Так, стоп, что-то не туда меня тянет. Вот чертовка. Даже погрозил ей пальцем, получив в ответ широко распахнутые глаза и открытый в неподдельном удивлении ротик.

Помянув про себя весь женский род и некоторых его представителей особо ярким выражением из памяти, я выпроводил девушку из комнаты и вышел сам.

Так что Мерсанари мы встречали уже на улице, укрывшись от солнца в тени соседнего здания. Пусть и не сгорая на свету, Оноре явно не получала удовольствие от прямых солнечный лучей, подслеповато щурясь и хмурясь от дискомфорта.

– Здравствуйте.
– Припарковавшись недалеко с нами, тренер вышел на встречу и слегка поклонившись поздоровался.
– Представь нас.

– Угу, позвольте представить вас друг другу, Мерсанари, наставник и тренер.
– Открытой ладонью и вполне серьёзно начал выполнять просьбу-приказ я.
– Оноре, моя служанка.

– Эм, ты хотел сказать знакомая?
– Нахмурившись, попытался переиначить наставник.

– Если тебе больше хочется, называть высшего вампира, пошедшего ко мне в служанки так, то ОКЕЙ.
– Пожал я плечами, выражая скорбное сожаление.
– Мы едем или ты передумал?

– Вампира?
– Уловив что шуткой в моих словах является отнюдь не расовая принадлежность новой знакомой, а нечто другое, Мерс насторожился и потянулся к пазухе. Видимо там хранилось оружие.

– Господин, я чувствую угрозу от этого хуманса, разрешите мне всё же его устранить.
– Чувствую я с ней не соскучусь.

Мерсанари застыл стойким оловянным солдатиком, не рискуя пошевелить даже пальцем, непрерывно следя за Оноре, а мне было совершенно не так весело, как хотелось бы.

– Прекратите оба.
– Проходя к машине, тихо произнёс я.
– Мерсанари, да, она вампир и может скрутить тебя вместе с твоим стволом. Оноре, будь между вами метров на пять больше, твой прах я бы с грустью развеивал под закатным солнцем. Надеюсь, прояснив соотношение сил, мы сможем наконец-то поехать?

– Сколько “Хиросим”?
– через силу расслабляясь, уточнил наёмник.

– Сложный вопрос, зависит от многого.
– В самом деле, как определить потенциальную угрозу вампира в мире без магии и не готовом к подобному? Теоретически, если она полезет на рожон, то завалить её можно сплочённым отрядом человек в пять, вот только, никогда носферату не лезут влоб. А, имея фору в год-другой спокойного существования, обустроив себе логово и обратив толпу кровососов, вампир укрепится так, что выкурить эту заразу уже вряд ли получится без тактической боеголовки, и то не факт. Метастазы вампиризма распространятся повсюду. Логова будут появляться одно за другим и отлавливать выживших упырей, оказавшихся без единого для всех Мастера, будет весело. Кроваво, но Весело.

– И ещё, Оноре, прошу тебя не третируй Мерсанари, он достойно выполняет взятые на себя обязательства.
– Уловив лёгкое недовольство от девушки, я добавил.
– По крайней мере не так, как ты это делаешь сейчас.

– Да, Господин.
– Склонила она голову и нырнула за мной следом в салон.

– Даже.
– Донеслось до нас заинтересованный вздох снаружи, и наёмник занял место водителя.

– Саша, распорядись своей … подруге, не использовать слово “господин”. Палитесь.
– Уже в пути родил он.

– Нет.
– Отказался я, смотря в окно.

– Объяснись.
– Настоятельно попросил он. Казалось бы, всё такая же грубая форма, как и всё время до этого, но интонация совсем другая. Так что ответить придётся. Но как объяснить постороннему особенности культуры нежити?

Как вообще объяснить суть вассалитета человеку, мыслящему иными культурными шаблонами, тем более если сам воспринимаешь их лишь отчасти. Ровно настолько, на сколько можно понять, прочувствовавши во сне момент смерти и посмертного существования другого разумного? Что будут значить наёмнику слова о том, что для нежити стабильное существования зависит от принесенных клятв и обещаний? Тем более вампирам. Тем более таких, как именной слуга!

– Бесполезно. Это надо чувствовать.
– Задумчиво, всё же, отвечаю ему.

Дальше уже ехали молча, только перед самым выходом наёмник распорядился Оноре не открывать рот, чем только породил в её глазах весёлые бесовские искры.

– Анатолий Святогоров, позвольте представить Вам моего ученика Александра и его ... спутницу, Оноре.
– Проведя нас за кулисы основного помещения зала, тренер представил сухонького старика, лет семидесяти. Слышать от растамана-пофигиста столько почтения в голосе было неожиданно.