На лестнице царила кромешная тьма. Ступени были сильно потускневшими и, быстро принюхавшись, Агапито учуял подсохшую кровь.

– Тут, - произнес Гал, указав силовым кулаком на ряд глубоких вмятин в пласталевой стене. – Попадания болтов.

– Мы не первые, кто зашел к ним на огонек, - заметил Корбик.

На их сенсорах вспыхнуло возобновление подачи энергии за миг до того, как Агапито услышал на ступенях грохот ботинок. Секунду спустя от стен отразился звон металлических колец, и командор понял, что это были за звуки, когда с площадки упало несколько гранат.

– Осколочные, - беззаботно сказал Агапито, узнав их по форме. Он успел сделать еще два шага, прежде чем гранаты взорвались тремя последовательными тресками, многократно усиленными в замкнутом пространстве лестницы. Огонь и осколки захлестнули массивные поножи его тактических дредноутских доспехов. Взрыв оцарапал и опалил черную краску с позолотой, но не смог причинить настоящего вреда слоям прочного керамита и адамантия.

– Гал! Иди вперед.

Командор, как мог, подвинулся в сторону, чтобы пропустить вооруженного тяжелым огнеметом легионера. Достигнув поворота, Гал поднял свое оружие и пустил за угол струю горящего прометия, залив волной пламени пространство за ним.

Агапито ворвался в догоравший нагар, его доспехи, способные работать в камерах с магмой, представляли более чем достаточную защиту против жара. В мареве он увидел пару Повелителей Ночи, один из которых пытался стряхнуть сгусток горящего прометия с ранца другого.

Командор на полной скорости выбежал из огня, замахиваясь длинными когтями левой перчатки. Ближайший Повелитель Ночи успел лишь полуобернуться, когда потрескивающий кулак врезался ему в шлем. От прикосновения мерцающего энергетического поля керамит и кость треснули, когда связи между их атомами разорвались из-за расщепляющего эффекта молниевых когтей.

Второй предатель поднырнул под удар, поднял болтер и дал длинную очередь в грудь командора, прежде чем тот по инерции врезался в Повелителя Ночи. Агапито пошатнулся, сбив предателя с ног. Поножи Повелителя Ночи прогнулись под тяжестью придавившей их терминаторской боевой брони. Вторым шагом Агапито наступил на руку предателя и вдавил ее локоть в край усиленной феррокритовой ступеньки, жестоко отрубив врагу конечность.

Командор развернулся, превратив остатки руки Повелителя Ночи в осколки керамита и раздавленной плоти. Из глотки предателя вырвался вопль боли, прежде чем Агапито упал на колено, вогнав острия когтей в глазные линзы предателя. Во все стороны, словно угольки на ветру, разлетелись искры, когда когти вырвались из затылка Повелителя Ночи и пробили ступеньку.

Отделение перегруппировалось на следующей лестничной площадке, в одной палубе под входом на мостик. Еще одна быстрая сверка с «Затененным стражником» подтвердила, что из зала управления не исходит новых видимых показателей.

– Ударим всей мощью, - сказал Агапито своим воинам, когда они достигли последнего пролета.

Лестница привела Гвардию Ворона к служебному коридору шириной в десять метров. От бронированных врат на главный мостик их отделяло тридцать метров. Вход преграждала единственная массивная плита.

– Потребуется время, - произнес Корбик, многозначительно занося громовой молот. – Прикройте меня.

Он был в паре шагов от дверей, остальные следовали сразу за ним, когда по коридору разнеслось шипение гидравлики. В глубине стены зарокотали невидимые механизмы, и врата отворились настежь. Из главного мостика на воинов пролилось адское красноватое свечение. Вокруг терминаторов заклубился багровый туман, и сенсоры отметили его морозный холод.

Они остановились, сжимая в руках оружие и подозрительно глядя на открытую дверь. Оттуда не появились враги, а сенсоры не засекли на мостике никакого движения.

– Нам нужно просто зайти внутрь? – спросил Гал.

– Я и впрямь ненавижу Повелителей Ночи, - пробормотал Ховани.

Агапито двинулся вперед, решив не показывать страха.

– Пора с этим кончать.

Красноватое свечение пробивалось сквозь облако дыма, словно исходя одновременно отовсюду и из ниоткуда. Только переступив порог и углубившись в зал на два шага, Агапито понял, что красная аура на самом деле исходила от экранов пультов нескольких брошенных станций. На каждой из них, повалившись, лежали бронированные тела.

Остальные с приглушенным грохотом разбрелись по двадцатиметровой полукруглой секции в центре командной палубы. Над ней вырисовывался небольшой мезонин, укутанный тьмой. Две лестницы спускались на подковообразные подуровни, подсвечиваемые тусклым зеленоватым освещением неисправных экранов. Здесь также отовсюду удалили сервиторов, а за несколькими ключевыми системами наблюдали легионеры, неуклюже развалившиеся на своих пультах.

– Что их убило? – спросил Корбик, шагнув к ближайшему из них.