Лена помолчала, обвела взглядом девиц:

– Запомните, вы уже не те, что были раньше! Вы – наши. На пять лет, а может и дольше. Вы делаете то, что вам говорят – от первого слова, до последнего. Если скажу вам прыгать на месте, единственное, что вы должны спросить – на какую высоту! Я вам это уже говорила, но не все вняли моим словам. Значит, будем вколачивать понимание. Палкой.

– Это вы умеете… – ощерилась Рыжая – А мужика дадут? Я мужика хочу! А лучше – двух!

– Будут вам мужики – Лена смерила Рыжую взглядом – На месте. Все будет – и кофий, и какава. По полной программе. Сидим тихо, и ждем прилета. Ах да…лететь будем несколько часов. Все! Отдыхать! На месте вам будет не до отдыха. Думали, что вечно будет такое безделье, какое было перед вылетом? Вы ошибаетесь. И жестоко.

– А сколько времени будет обучение? – снова спросила «японочка» – Когда и как вы решите, что мы всему научились? И где после того будем жить? Как жить?

– Все индивидуально. По вашим способностям. Но до того момента надо еще дожить? – Лена усмехнулась, повернулась, и медленно пошла в сторону кабины пилота. Исчезла за дверью, и через минуту самолет завыл, заревел, сдерживаемый лишь тормозами, а потом рванулся вперед, как гоночный автомобиль, стремящийся к победе.

Таня прикрыла глаза, всеми клеточками организма ощущая стремительное движение этого стального чуда, каким-то волшебным образом летающего по воздуху. Ей не было страшно, хотя до сих пор она еще ни разу не летала на самолете, и честно сказать – самолетов немного побаивалась. Не так, чтобы до дрожи в ногах, но…опасалась. Слишком их много падает – теракты, неисправности, безумие пилотов. Куда как лучше – улегся на полочку в купейном вагоне, и поезжай себе, слушай стук колес! Хорошо! А то можно еще и в вагон ресторан сходить. Дорого, конечно, Тане не по карману…было, но так хочется сидеть, есть борщ и смотреть в окно мимо накрахмаленных салфеток, разглядывая одинокий полустанок, затерянный в глухой степи, и человечка, медленно бредущего по своим человечьим делам.

– Эй! Тебя как звать, курица!

Голос вырвал Таню из воспоминаний и вернул к неприглядной действительности – к ней обращалась Рыжая, видно она все-таки решила ее достать.

– Хватит спать, дурища! Иди-ка, сделай мне куни! Мужика-то нет, придется пользоваться тем, что есть! Только хорошо делай, нежно!

Рыжая довольно усмехалась, глядя на Таню исподлобья, пристально, как зверь на добычу, и у той медленно, но верно закипала кровь – мерзкая тварь! Да чего она вообще докопалась-то?

– Ты чего до меня докопалась? – стараясь сдерживаться спросила Таня, говоря как можно холоднее, подражая в этом Лене – Сиди спокойно, и не рыпайся!

– А то что? Залижешь меня до смерти? – Рыжая фыркнула, и снова задрала ноги на диван, раздвинула ноги и демонстративно, ухмыляясь, начала поглаживать гладкий лобок – Иди сюда! Слышь?!

– Ты чего до нее докопалась, правда! – «прибалтийка» зло ощерилась, но как ни странно, лицо ее при этом не стало некрасивым. Красавица, аж дух захватывало!

Таня вдруг подумала о том, что красоту ничем нельзя испортить – красивая девушка красива, даже если корчит гримасы. Смешно, но даже Рыжая сейчас оставалась красивой – надо это признать. Как девка из рекламы жвачки, которая разговаривает с Зубным Налетом. Ей-ей Рыжая почерпнула сведения о красоте оттуда, сделала себя похожей на рекламную красотку. Только вот та была милой, домашней девочкой, а в Рыжей чувствовалось что-то звериное, дикое. Она как бродячий пес, привыкший выживать на улице за счет силы, хитрости, злобы, и попавший вдруг в компанию домашних причесанных псов.

– Это кто там еще вякает, а? Шпротница? Заткни свою миньетную пасть, сучка! – пренебрежительно отмахнулась Рыжая – А то я щас ее тебе сама заткну! Ты, мелкая, пошла ко мне и делаешь то, что надо. Слышала? И чтобы хорошо поработала, сучка крашеная!

– Эй, курва, внатури ты чо беспредельничаешь?! Кошелка! Щас не заткнешь хавальник, я сама тебе его заткну!

Таня посмотрела, кто это сказал, и едва не расхохоталась – небольшая хрупкая, настоящая девочка-дюймовочка! Лолита, в самом деле! Рыжая была выше ее как минимум на голову! А еще поразил контраст между грубыми, уличными словами, почти «феней», и этим личиком интеллигентного подростка, большеглазой, с припухшими пунцовыми губками девочки!

– Я курва?! Я кошелка?! – Рыжая вскочила с места, и начала обходить стол, чтобы подойти к Дюймовочке. Путь ее шел мимо Тани, про которую Рыжая уже похоже и забыла, сосредоточенная на конечной цели – Вот ты мне щас и отлижешь, гнида!

Не надо упускать из вида врагов, не надо забывать об осторожности! Таня выросла в провинциальном городке, где бывало всякое, и не отличалась особым авторитетом среди тусовки. Но постоять за себя умела. И если она не ответила на оскорбления, то только потому, что точно знала – кончится это совсем дурно. Как? Неизвестно. Но то, что дурно – она была уверена. Как и в том, что Лена и ее начальство не упускают из вида ничего. Совсем ничего!

Согнуть ногу – аккуратно, не привлекая внимания, а потом резко выбросить ее вперед, когда «мишень» проносится мимо тебя, захваченная одной лишь мыслью – убить врага!

Удар пришелся в верхнюю часть бедра, почти в зад. Энергия движения объекта добавила импульсу разрушительной силы, и Рыжая полетела по воздуху, сбивая стулья, вопя и матерясь, как грузчик из продуктового магазина «Янтарь»! Она проехалась по полированному столу, и рухнула, сбив еще три стула, похоже – сломав один из них напрочь (что-то затрещало, впрочем – это могли быть и кости).