Дождавшись кивка Дорана, она обхватила его за талию и повела через площадку, пытаясь идти спокойно и прижимаясь к нему так крепко, будто влюблена до безумия – что угодно, лишь бы не привлекать внимания. Как бы противно ни было, Солара надеялась, что они похожи на парочку. 

У входа она опустила его ладонь на панель безопасности и просканировала браслет на своей руке, радуясь, что Доран слишком одурманен и ничего не замечает. Двери открылись, и Солара повела его на рынок своей мечты. 

Она никогда не была в автоматизированных торговых комплексах – да и в обычных тоже, – но именно таким представляла себе рай. Целые ряды роскошеств и излишеств: вкуснейшие конфеты, шелковые одеяния, герметичные космические костюмы, лекарства, инструменты и даже топливные фишки Сполдинга. Последнее особенно радовало, ведь эти медленно сгорающие рудные монеты – самая востребованная валюта в галактике. Солара собиралась купить их столько, сколько сможет унести. 

Когда сплавит куда-нибудь Дорана. 

Она подвела его к медицинскому отсеку в дальнем углу. Компьютеризированное кресло за тонкой металлической ширмой давало пациентам иллюзию скрытности. Доран опустился на сиденье, и Солара застегнула ремни на его груди и коленях, специально оставив пряжки сзади, чтобы он не мог освободиться сам. Если память вернется, по крайней мере на какое-то время он застрянет тут. К креслу крепился небольшой экран с надписью «Дотроньтесь, чтобы начать лечение». 

– Что тут у нас… – пробормотала Солара, разглядывая перечень медицинских услуг. – Особые тонизирующие средства. 

Она нажала нужную кнопку, попросила Дорана описать симптомы и, пока он говорил, тыкала в нужные строчки: «головная боль», «тошнота», «головокружение». 

– Пожалуйста, переведите сотню кредитов, – произнес механический голос. 

Доран посмотрел на браслет: 

– А у меня столько есть? 

– Вряд ли. Но, к счастью для тебя, я забочусь о своих подчиненных. – Солара легонько похлопала его по щеке, сканируя свой браслет, и когда из автомата появилась чашка прозрачной жидкости с пузырьками, прощебетала: – Пей до дна. 

Выйдя из-за ширмы, она направилась прямиком за топливными фишками. Доран быстро разделается с сельтерской водой, а потом придется уйти. Каждая секунда промедления – риск. 

Солара купила самую крепкую сумку, какую нашла, и попросила компьютер наполнить ее фишками. Наблюдая, как они падают в мешок, она вспомнила еще кое о чем и опустила в машину кожаный шнурок, приказав пробить в фишках дыры и сделать ожерелье. Она видела такие на торговцах – те всегда держали драгоценные монеты ближе к телу. 

Пока сумка наполнялась, Солара побродила по проходам и купила пятилетний запас практичной одежды и обуви. Затем примерно прикинула размеры Дорана и заказала для него обычный рабочий комбинезон, вроде того, что сама носила в приюте. Настроение поднялось, стоило представить его в роли воспитанника епархии. 

Вскоре к покупкам прибавились стандартные лекарства – обезболивающие и антибиотики. По слухам, в Пограничье с ними напряженка. Оплатив набор высокоточных инструментов и всякое таулетно-косметическое барахло, Солара уже собиралась забрать свой заказ, как вдруг краем глаза уловила какое-то мерцание, оглянулась и… забыла, как дышать. 

Это было платье. Нет, не просто платье – наряд императрицы. 

Сшитое из самой роскошной ткани, какую Солара только видела, оно облегало манекен до талии, а потом расклешенной юбкой опускалось до пола, сияя миллионом умирающих звезд. Завораживающее зрелище. Даже цвет определить не удавалось – платье словно сотворили из самого света. 

Солара знала, что в жизни не наденет ничего настолько роскошного. Такое шьют для людей, у которых денег больше, чем мозгов. Но все равно шагнула вперед и позволила компьютеру снять мерку. Минуту спустя экран показал, что подходящее по размеру платье есть на складе. Цена – пять тысяч кредитов. 

Солара сглотнула и просканировала браслет. 

«ПЛАТЕЖ ПРОШЕЛ». 

– Спасибо, Доран, не стоило, – прошептала она и усмехнулась. 

Решив, что пора закругляться, пока совсем не потеряла голову, Солара вернулась к медицинскому отсеку и как раз застала момент, когда Доран постучал себя по груди и срыгнул. 

– Лучше? 

Он оглянулся через плечо, и она тут же заметила перемену. Брови не сдвинуты, боль из глаз исчезла. 

– Намного.