– Абсурдные жизненные формы, – услышал примарх бормотанье Ксанфа, когда два защищавших их ветерана встали в защитные стойки и начали методично кромсать мостик болтерным огнем.

На другой стороне платформы, слева от Ферруса, один из легионеров поднял Сантара на ноги. Второй стрелял в изменчивое чудовище, оторвавшее руку его сержанту. Отмахнувшись от помощи, Сантар деактивировал магнитные ножны своего гладия и с ревом кинулся на зверя.

Получив рану от клинка, существо отпрянуло, в то время как болтерные очереди просто проходили сквозь него.

Но у Ферруса было ноющее чувство, что это не клинок нанес рану. А человек. Возможно, из-за необычных условий внутри разлома, но даже издалека Феррус почувствовал ураганную ярость Сантара. Она напоминала медузийский буран, и ее беспощадная стужа постепенно разрывала тварь на куски.

А вот у Морна дела шли хуже. Терранец был абсолютно разъярен, и это притягивало к нему тварей, словно наведенные чары.

Феррус сбил следующее бегущее существо в прыжке. Оно взорвалось влажными брызгами разъедающего вещества, которые светились, падая на примарха, и с шипением воспламенялись на его доспехе. Крепко сжав оружие обеими руками, Феррус издал оглушительный крик. Горгон был богом войны, рожденным сражаться и побеждать, и каждая сверхчеловеческая жила в нем напряглась в предвкушении боя. Но с какой целью? Сантар преподал убедительный урок железа.

Пыл был оружием, которые несли все, принявшие кровь Горгона, но именно логика и разум могли сделать из него инструмент.

– Феррус Манус, – обратился он, открыв частоту Легиона, доступную каждому легионеру на борту этого проклятого корыта, а также на «Железном кулаке». – Отходим с боем к штурмовым кораблям.

– Нет! – тяжело дыша, прорычал Морн, бросившись в водоворот изголодавшихся ксеносов с болтером и силовым топором. – Это… корабль… Легиона. Я не… оставлю его… в руках этих… существ.

– Этот корабль разрушен, – ответил Феррус, оставаясь на общей частоте, чтобы все могли слышать. – Честь не причем.

Ксанф, уступавший на треть в росте громадного примарху, поднял голову, от чего с головы адепта сполз капюшон, обнажив на миг металлические пластины и сокрытые внутри механизмы.

– Пренебрегите честью, лорд-примарх. Будьте разумны. Подумайте о технологическом прогрессе, который может даровать корабль из двух-, трех-, четырехтысячелетнего звездного будущего. Подумайте о бедах, которые может предотвратить это предвидение.

Двое ветеранов сопроводили адепта и примарха к противовзрывным дверям, сократив зону перекрестного огня между собой. Сантар пробился к Морну, практически вытащив его из боя, в то время как братья продолжали стрелять. Если Феррус и мог чему-то научить здесь своих детей, то только тому, что поражения не существует.

По крайней мере, сегодня он нашел нового Первого капитана.

Феррус в последний раз взглянул на жалкие останки легионера Железных Рук на командной платформе.

– Что бы это будущего не предлагало, магос, я не желаю иметь с ним ничего общего.