Та влетела прямо в руки Джейми. Касси опустила руки и нащупала голову, мягкую, как у тюленя. Нежно взяв ее в ладони, она закричала и толкнула в последний раз. Ребенок выскользнул ей на руки, и она поймала его.

— Не дышит, — сказал человеческий мунаксари. Он помедлил долю секунды, а затем скользнул пальцами между пуповиной и крошечной грудкой ребенка. Он положил пуповину ребенку на плечо, вытащил нож и перерезал ее. Ребенок сделал первый вдох. От его груди по телу разлилось розовое тепло.

Джейми помог ей поднять ребенка, и она прижала дитя к груди. Кожа у него была скользкой, как яичный белок. Она почувствовала, как извивается тельце.

— Это девочка, — объявил Джейми.

Касси посмотрела на ребенка, и ей в ответ моргнули прекрасные голубые глаза.

— О Боже, — только и смогла сказать она.

Зачарованная Касси смотрела на крохотные ручки и идеальные круглые щечки. Ребенок сморщил маленькое личико и завыл чуть ли не громче ветра.

— Вся в маму, — заметил Джейми.

Касси рассмеялась. Потные волосы упали ей на лицо, когда она наклонилась поцеловать головку ребенка. Девочка пахла сладко, как дождь.

— Ты появилась из меня, — шепнула Касси, баюкая малышку.

Она улыбалась своей прекрасной девочке и ворковала, а волны бились о берег. Касси чувствовала себя легче воздуха.

— Ты думаешь, ты волшебное существо? — сказала она Джейми. — Посмотри на нее. Вот кто волшебный.

— Она прекрасна, — ответил Джейми.

Касси посмотрела на него: у мунаксари были влажные щеки.

— Как ты назовешь ее? — спросил он.

Ей не нужно было раздумывать.

— Эбигейл.

В честь мамы.

Небеса над ними заволновались. Может, их услышал Северный Ветер?

— Сокращенно Эбби.

Она опустила взгляд на малышку Эбби, красную, липкую и прекрасную в ее руках.

— Думаешь, она запомнит это?

Джейми потряс головой:

— А ты помнишь время до своего рождения?

— Твое желание исполнилось, — сказала она ребенку. — Ты жива.

Касси улыбнулась блаженной улыбкой и подняла взгляд на человеческого мунаксари.

— У тебя есть еще минутка? Мне в голову пришла одна мысль.

Касси прижимала малышку к груди; над ними сгущалось облако троллей.

— Мунаксари, — слышала она их шипение. Это они увидели Джейми. Именно из-за него, как догадалась она, они разрешили ей вернуться. Он был новеньким здесь. — Мунаксари. Мунаксари.

Джейми снимал троллей со своей кожи.

— Они тут повсюду!

Вокруг них таяли стены.

— Не уходи от меня далеко, — сказала она и зашагала через тучу троллей; Джейми следовал за ней.

Королева троллей возвышалась над своим помостом. Касси остановилась, и тролли сгрудились вокруг нее полукругом. Она прижимала ребенка к груди. На нее смотрели, моргая, тысячи глаз, но на сей раз ей не было страшно.

Джейми вышел из гущи троллей и увидел королеву.

— Кто она?

Широкая спина королевы шла радужными полосами.

— Она душа, — ответила Касси, не отводя от нее глаз. — Разве не так? Вы — души, за которыми не пришел ни один мунаксари.

Ребенок заерзал в ее руках.

Королева троллей поросла щупальцами:

— Новая жизнь! — Она потянула пять-шесть извивающихся конечностей к малышке Эбби.

— Эм-м, Касси… — нервно позвал ее Джейми.

Кончик щупальца едва не коснулся головки ребенка.

— Мы не давали обещаний младенцу, — сказала королева. — Мы оставим ее себе. Ее — и мунаксари.

Касси стояла, крепко прижав ребенка к груди, но не двигалась с места.

— Я знаю, почему вы держали у себя мою маму, почему вы вступили в сделку с моим мужем, почему вы хотите моего ребенка. Вам нужно, чтобы они помогли вам быть живыми. Такими, какими вы и должны быть.

Тролли зашептали, как листья на ветру.

— Я ведь права, не так ли. Вы хотите быть живыми.

— Да, — прошипела королева.

Касси улыбнулась своему ребенку. Ее рыжие волосы касались крошечных ладошек. Малышка Эбби срыгнула.

— Ее душа была принцессой троллей.

Королева стала совершенно бесцветной. Тролли забушевали. Джейми нагнулся: они закрутились вокруг бешеным торнадо. Касси словно приросла ногами к полу и ждала, неподвижно стоя с ребенком на руках.

Королева завопила: